Юрий Жуковский. Внезапная весна юбилейного кинофестиваля. ММКФ-2018

Пример

Prev Next
.
.

Настасья Кински на открытии фестиваля 

Настасья Кински на открытии фестиваля

40-й Московский международный кинофестиваль прошёл с 19 по 26 апреля 2018 года.

Красная дорожка, простеленная вдоль ярмарки тщеславия, пропиталась московским дождём и запоздалой весной, не испугавшими смелых и эротически откровенных в своих платьях актрис. Они традиционно тянулись к профессиональным и уклонялись от любительских камер, раздавая улыбки и интервью. Дорожка вместила всех – звёзд прошлых лет и неопознанные сериальные летучие объекты, радостно узнаваемые корреспондентами ведущих федеральных телеканалов. Люди на дорожке искренне, профессионально, актёрски доброжелательны и теплы. Во всём царит церемониальная демократичность.

Церемония отрепетирована давно и тщательно, сбои крайне редки, фестиваль год от года демонстрирует всё более скромный бюджет: специальным гостям – шампанское, остальным – чай. Кто-то смотрит официальную церемонию, кто-то – общается в фойе, решая светские и профессиональные вопросы, и все пытаются совместить и то, и другое, и третье, и пятое.

Характер московского имперского фестиваля по-прежнему определяется глубинным и текущим состоянием империи. В этом году добавился отпечаток простоты в показной бедности, вызвавшей бо́льшую, чем в прошлом году, демократичность по отношению к гостям и прессе.

Были и фирменные московские новшества. Например, не пускать прессу… на пресс-конференции, мотивируя переполненностью зала, хотя при этом зал мог быть полон на треть. Но московские охранники – скалы, утёсы; они профессионально обучены не реагировать ни на что, ссылаясь на таинственные распоряжения неведомых девушек-«организаторов». Надо отдать должное этим людям – со всеми поговорят, никого не пустят. Школа.

Актриса Ольга Зайцева на красной дорожке фестиваля

В отличие от прошлого года, на церемонии открытия и закрытия аккредитовывали не только фотографов и операторов, но и корреспондентов. Осмелюсь предположить, что они всё же для чего-то нужны в этом мире и на красной дорожке.

Фестиваль недвусмысленно тяготел к здоровому образу жизни: не было пива, пирожков, водки, коктейлей – только чай.

Отношение к опоздавшим было менее агрессивным, девушки на входе в кинозалы – добрее.

 

Открытие и закрытие отличались существенной деталью. Если на первой церемонии Никита Михалков был без головного убора, то на второй – в бейсболке. Сказалась коварно неустойчивая погода, подыгравшая переносу сроков фестиваля с июня на апрель.

Как бы то ни было, юбилейный апрельский Московский международный кинофестиваль состоялся.

На этот раз председателем жюри Основного конкурса стал продюсер Паоло Дель Брокко (Италия). Кроме него, в жюри вошли актриса Настасья Кински (Германия), актёр Джон Сэвидж (США), режиссёр Лян Цяо (Китай), режиссёр Анна Меликян (Россия).

 

Жюри Основного Конкурса (слева направо): Лян Цяо, Паоло Дель Брокко, Джон Сэвидж, Настасья Кински, Анна Меликян

 

Награды 40-го Московского международного кинофестиваля

ГЛАВНЫЙ ПРИЗ «ЗОЛОТОЙ СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ» – «ЦАРЬ-ПТИЦА» / «Toyon Kyyl», режиссёр – Эдуард Новиков, Россия (Якутия)

СПЕЦИАЛЬНЫЙ ПРИЗ ЖЮРИ «СЕРЕБРЯНЫЙ СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ» – «НЮ» / «牛», режиссёр – Ян Гэ, Россия

ПРИЗ «СЕРЕБРЯНЫЙ СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ» ЗА ЛУЧШУЮ РЕЖИССЁРСКУЮ РАБОТУ – «СПИТАК»/ «Spitak», режиссёр – Александр Котт, Россия-Армения

ПРИЗ «СЕРЕБРЯНЫЙ СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ» ЗА ЛУЧШЕЕ ИСПОЛНЕНИЕ МУЖСКОЙ РОЛИ – КИРАН ЧАРНОК («ЗАБЛУДШИЕ» / «Stray»), Новая Зеландия

ПРИЗ «СЕРЕБРЯНЫЙ СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ» ЗА ЛУЧШЕЕ ИСПОЛНЕНИЕ ЖЕНСКОЙ РОЛИ – ДЖОВАННА МЕЦЦОДЖОРНО («Неаполь под пеленой» / «Napoli velata»), Италия

ПРИЗ «СЕРЕБРЯНЫЙ СВЯТОЙ ГЕОРГИЙ» ЗА ЛУЧШИЙ ФИЛЬМ ДОКУМЕНТАЛЬНОГО КОНКУРСА – «ЧИСТИЛЬЩИКИ» / «The Cleaners», режиссёры – Ганс Блок и Мориц Ризевик, Германия, Бразилия

ПРИЗ ЗА ЛУЧШИЙ КОРОТКОМЕТРАЖНЫЙ ФИЛЬМ – «КОНФЕТКА» / «Bonbone», режиссёр – Ракан Маяси, Палестина, Ливан

ПРИЗ ЗА ВКЛАД В МИРОВОЙ КИНЕМАТОГРАФ – Олег Табаков, Россия

СПЕЦИАЛЬНЫЙ ПРИЗ ЗА ПОКОРЕНИЕ ВЕРШИН АКТЁРСКОГО МАСТЕРСТВА И ВЕРНОСТЬ ПРИНЦИПАМ ШКОЛЫ К.С. СТАНИСЛАВСКОГО «ВЕРЮ. КОНСТАНТИН СТАНИСЛАВСКИЙ» – Настасья Кински, Германия

 

Сороковой Московский международный кинофестиваль, впервые за несколько лет, удивил всех неожиданно сильной программой Основного конкурса. Не менее удивительным было решение жюри, по степени… парадоксальности, пожалуй, превзошедшее все странные, подвергнутые жёсткой критике решения последних лет. Награждение вторым по значимости призом фестиваля картины «Ню» стало беспрецедентным казусом за гранью объективности и профессионализма. Победа трёх российских картин над более чем достойными их зарубежными конкурентами вызвала кулуарные разговоры о коррупции, методах воздействия на международное жюри, невидимом участии якутских алмазных компаний в закулисной жизни фестиваля…

Но не будем об этом. Только конкурс, и ничего личного. Из пресс-конференции жюри следовало, что его председатель, итальянский продюсер Паоло дель Брокко оценит любой фильм без личных пристрастий, идеологических или политических предпочтений, только как художественное высказывание. Член жюри Настасья Кински «проголосует сердцем», за те картины, которые её взволнуют. Члены жюри – китайский режиссёр Лян Цяо и российский – Анна Меликян (российско-армянский, по версии Кирилла Разлогова) – скромно оценили себя как начинающих – студентов, которые пришли «в библиотеку» смотреть к зачёту других кинематографистов. Член жюри, американский актёр Джон Сэвидж отметил, что любит кино – и как индустрию, и те картины, которые сделаны не ради денег. Деньги – не главное, главное – не бросать кино, даже в самые тяжёлые моменты, когда профессия из жены превращается в злую тётку. Критериев оценки Джон Сэвидж не обозначил.

Итак, продюсер судил и оценивал головой, актриса – сердцем, актёр выбирал то, что не ради денег, режиссёры – учились у других, находясь на мастер-классе из шестнадцати конкурсных картин.

В дальнейшем члены жюри традиционно заявляли, что отдают предпочтение не фильмам, сделанным по голливудским «лекалам», а картинам с новым, необычным, свежим взглядом на мир; словно масштаб, качество, тщательная выстроенность «старого» не имеют никакого значения; превосходящее соревнующуюся картину мастерство не столь важно, как нетривиальный взгляд на вещи. Вопрос «Что есть тривиальное?» остаётся открытым.

Без фестивальных наград не остались российские, российско-армянская, узбекская картины – ни один представитель постсоветского пространства. Их превосходство над добротными норвежским, южнокорейским, французским, итало-французским, американским фильмами совершенно не очевидно.

Говорят, ММКФ-40 состоялся на два месяца раньше обычных своих сроков из-за чемпионата мира по футболу. Искусство – не спорт, но близость чемпионата наталкивает на спортивные аналогии. Литература – не спорт, но, скажем, Владимир Набоков, день рождения которого пришёлся на фестивальный день, любил составлять «рейтинги» книг и писателей.

Моя первая пятёрка ММКФ-40:

1. «12-й человек»/Den 12. mann. Режиссёр – Харальд Цварт/Harald Zwart, Норвегия.

2. «Воспоминания о солдате»/ Ojanggunui baltop. Режиссёр – Ким Джэ-хан/Kim Jae-Han, Республика Корея.

3. «Гаспар едет на свадьбу»/Gaspard va au marriage. Режиссёр – Антони Кордье/Antony Cordier, Франция, Бельгия.

4. «Неаполь под пеленой»/Napoli velata. Режиссёр – Ферзaн Озпетек/ Ferzan Ozpetek, Италия.

5. «Гнев»/Raiva. Режиссёр – Сержиу Трефо/Sérgio Tréfaut, Португалия/Франция/Бразилия

В моей первой пятёрке представлены, на первый взгляд, совершенно разные картины: эпичная, масштабная – «12-й человек», о подвиге норвежца в немецком тылу в годы Второй мировой войны; картина «Воспоминания о солдате» – о войне между вымышленными корейскими Западом и Востоком; грустная франко-бельгийская комедия «Гаспар едет на свадьбу», о людях, навсегда «сросшихся» с зоопарком, ставшим делом их жизни; картина «Неаполь под пеленой» – о многослойности и призрачности мира, сложных переплетениях видимого и невидимого; стильная, изысканная чёрно-белая кастовая месть в португальском «Гневе».

Но все эти картины объединяет одно: они – о незаурядных людях, которым тесно в рамках привычного. И этот (условный) критерий отбора не становится клише, поскольку все пять лучших картин фестиваля сделаны на высоком уровне мастерства, с неповторимым отпечатком авторской индивидуальности.

Российская (якутская) картина «Царь-птица», победитель фестиваля, – тонкая, поэтичная, хорошо выстроенная драматургически – об обычных людях, строго придерживающихся языческих традиций, и их традиционных отношениях с мистической птицей. Герои вызывают сочувствие: старик и старуха среди суровой якутской природы, трогательно привязанные друг к другу. Однако они просто живут, с ними не происходит изменений. Самодеятельные актёры играют самих себя.

 

Подробнее о незаурядных и наиболее заметных картинах Основного конкурса 40-го Московского международного кинофестиваля

«12-й человек» / Den 12. mann. Норвегия, 2017. Режиссёр: Харальд Цварт/Harald Zwart

Основной конкурс

Номинация на Приз за лучший фильм – Золотой «Святой Георгий»

Приз зрительских симпатий

Фильм прекрасен точнейшим балансом между эпичной канонизированной историей подвига, не менее эпичной суровой природой – масштабным действующим лицом – и художественной достоверностью происходящего. Единственно возможным балансом. Шаг вправо, шаг влево – фальшь, а её не было.

Картина основана на реальной истории жизни Яна Болсруда/ Jan Baalsrud (Томас Гуллестад/ Thomas Gullestad) – норвежского героя. 12 диверсантов из норвежского сопротивления на судне «Браттхольм» должны совершить дерзкую спецоперацию на немецкой авиабазе. Судно перехвачено врагом. 11 бойцов спецотряда гибнут. А вот «двенадцатого» ждёт удивительная судьба. На то, что прошёл он, у обычного человека сил не хватит. А Ян – обычный человек, до войны он делал картографические инструменты. А на войне ему противостоят немецкий офицер Курт Штаге/ Kurt Stage (Джонатан Рис Майерс/ Jonathan Rhys Meyers) – умный, циничный, выносливый, беспощадный подонок, монстр, настоящий маньяк, который никого и никогда не оставлял в живых, проявляя выдающееся служебное рвение, – и стоящая за ним немецкая военная машина. А помогают Яну выжить простые норвежцы и бойцы сопротивления, рискуя собственной жизнью, поскольку он даёт людям надежду на то, что победа возможна, что бороться сто́ит. И помогает картографу Яну выжить нарисованная семилетней девочкой карта.

Фильм «12-й человек» сделан точными, аскетичными, сдержанными мазками, под стать суровой норвежской зиме, но эта снежная бездна – союзница для человека, преодолевающего психологическую и физическую бездну выживания. Картина, вынашивавшаяся 15 лет, сделана мастерски, умело, с точным знанием, как привлечь и удержать внимание зрителя, с голливудским размахом.

 

«Воспоминания о солдате» / Ojanggunui baltop. Республика Корея, 2017. Режиссёр: Ким Джэ-хан/Kim Jae-han

Основной конкурс

Номинация на Приз за лучший фильм – Золотой «Святой Георгий»

Главный герой фильма «Воспоминания о солдате» – Чан-гун (Мэн Сэ-чхан/Maeng Se-chang), простой деревенский парень и одновременно – метафора абсолютного добра, неспособного убивать даже на войне, даже когда жизни грозит опасность. Спасая бабочку, он ставит под угрозу жизнь других, но вряд ли способен это по-настоящему понять. Добро спасает бабочку – это безусловный инстинкт – и тщетно силится понять истоки войн, их происхождение и смысл. Главный герой начисто лишён амбиций и агрессии; он попал на войну по ошибке (повестка была предназначена другому Чан-гуну, из другой деревни); для сослуживцев он сам – ошибка: всем мешает, отказывается стрелять, – но к нему бессознательно тянутся; другие солдаты не так беззлобны и невинны, но так же просты; они деревенские парни, которых война оторвала от коров и подруг. Хитрый многоопытный генерал (Мён Ге-нам/Myeong Gye-nam) сразу почуял душу «лоха» и, как Мефистофель в погонах, тонко подставил его, сдав врагам, для стратегических военных целей.

Эта киноистория кажется простой. Но сквозь простоту прорываются фирменные южнокорейские поэтичность и метафоричность, делающие так называемую реальность загадочнее и глубиннее. Персонажи из то ли видений, то ли снов Чан-гуна живут в параллельных реальностях, выпукло проявляемых войной – стихией, непонятно откуда и для чего взявшейся и не желающей прекращать наполняться кровью мобилизованных крестьян, подобно вооружённому многоголовому вампиру, именуемому армией.

Простота и прозрачность противостояния бесхитростного Чан-гуна своим врагам и мучителям – не та простота, которая хуже воровства, а простота истин, на которых держится его мир. Всё, что ему нужно, – это любовь. Девушка, которая стала женой, – Ккот-бын (Чо Хе-Чжон/Jo Hye-jeong); земля, деревня, корова. Корова – живое, родное существо, которому доверяет сокровенные мысли солдат-антисолдат, умирающий под пытками врагов. Существо поэтичное, мистическое.

Но ошибку призыва исправить нельзя. Смерть добра по чужой, подложной повестке зла – неотвратима. Во всяком случае, пока идёт война.

 

«Гаспар едет на свадьбу» / Gaspard va au marriage. Франция/Бельгия, 2018. Режиссёр: Антони Кордье/Antony Cordier

Основной конкурс

Номинация на Приз за лучший фильм – Золотой «Святой Георгий»

Люди всю свою жизнь работают в зоопарке, в частном зоопарке. Из своих цепких объятий семья отпускает только Гаспара (Феликс Моати/Félix Moati) – гениального изобретателя, ещё в раннем детстве, лет в пять-семь, создавшего свои первые серии изобретений. Семья надеется на его самореализацию и славу, а он ремонтирует в Бельгии лифты. На самом деле он – часть семейного прайда, оторванная от него городом, – он всё знает про зверей и умеет всё делать для них руками. Ежедневное содержание зоопарка – в том числе изнурительный физический труд. Семья неординарна в своём животном чувстве свободы и борьбы за собственную территорию – они учились у своих питомцев. Сестра, Колин (Криста Тере/Christa Theret), чувствует себя медведицей, и семья не считает это психическим отклонением, для неё это – право на свободное самовыражение Колин. Зоопарк – это сурово: то обезьянки умирают от недосмотра, то зверей атакуют стаи обезумевших от злобы собак – боевых монстров. И в этот мир Гаспар, едущий на свадьбу папы, привозит «маргаритку» – так определила сущность Лауры (Летиция Дош/Laetitia Dosch) человек-медведица Колин. Лауру Гаспар подобрал по дороге домой на рельсах, где она выражала протест не осознанно, а за компанию с перекрывшими железную дорогу активистами. Лаура должна изобразить для папы девушку Гаспара – за деньги.

Маргаритке приходится тяжело среди людей с обострёнными природными инстинктами. Её борьба за себя на территории семьи Гаспара полна изящных комедийных и суровых драматических коллизий – это территория подлинно французского кино, с французским духом, элегантностью, мудростью и инфантилизмом.

Свадьба отца откладывается, переносится, обещает состояться и быть отменённой. Но женится, как выяснилось, всю жизнь не любивший Гаспара и завидовавший ему брат Виржил (Гийом Гуи/ Guillaume Gouix) – на вегетарианке-татуировщице. Гаспар нашёл маргаритку, Виржил – вегетарианку. Люди устали быть хищниками.

И пришли более злобные звери, чем боевые собаки, – банкиры/кредиторы. И отец, Макс (Йохан Хелденберг/Johan Heldenbergh), должен продать зоопарк – детство, юность и молодость детей, всю свою жизнь.

И он идёт на это – со всей мудростью легкомысленного ловеласа, всю жизнь искавшего только женщин и зверей. Он хочет выпустить детей из вольера, хотя на воле им будет трудно.

 

«Неаполь под пеленой» / Napoli velata. Италия, 2017. Режиссёр: Ферзан Озпетек/ Ferzan Ozpetek

Основной конкурс

Приз Серебряный «Святой Георгий» за лучшую женскую роль – Джованна Меццоджорно/Giovanna Mezzogiorno

Номинация на Приз за лучший фильм – Золотой «Святой Георгий»

У патологоанатома Адрианы (Джованна Меццоджорно/Giovanna Mezzogiorno) проблемы с живым. Её дни проходят в отсутствии любви, в присутствии привозимых для заключений мёртвых. Это её неосознанный крест. Она встречает живого, теплокровного, но всё не то, чем кажется.

Картина сценарно жонглирует жанрами, в ней смешано многое – мистика, детектив, проникновение слоёв разных реальностей друг в друга. Витальный любовник, Андреа (Алессандро Борги/Alessandro Borghi), возникший из пелены Неаполя, неотразим. Адриана хочет устоять, но не может, всё происходит слишком фатально. Несмотря на некоторую прямолинейность, эротическая сцена в картине по-своему не банальна. Это вспышка единственной живой ночи.

Адриана идёт на работу, и некие силы всё возвращают на круги своя: врач-паталогоанатом узнаёт в трупе со следами насилия на теле… Андреа. Краткое ночное соприкосновение с живым завершилось. В попытке понять, что это было, Адриана начинает искать следы любовника, оставленные в материальном мире. Поиск принёс ей множество сюрпризов и перевёртышей – всё сложнее, чем кажется. На улице Неаполя она встречает Луку, принимая его за Андреа. Лука (Алессандро Борги/Alessandro Borghi) – брат-близнец Андреа. Но и этот живой оказывается каким-то странным.

Картина итальянского режиссёра турецкого происхождения Ферзана Озпетека подкупает точными ритмом, интонацией, темпом, неотразимой витальностью живого, мёртвого, осязаемого, призрачного. Пелена Неаполя – жизнерадостная и летящая, она – прозрачный саван, за которым ждут тайны. Но эти тайны дробятся и ускользают, в безнадёжной попытке Адрианы обрести себя, своё потаённое «я», так стремящееся жить «здесь и сейчас», поймать неуловимое. В этом же ритме живёт и проносится всё – подруги, коллеги, улицы, дожди, полицейские. То ли Адриана медленно сходит с ума, то ли Лука – не тот, за кого себя выдаёт. И закономерно возникает вопрос: а был ли Андреа? Друг Адрианы – Паскуале (Пеппе Барра/Peppe Barra) – воплощённая земная мудрость. Он готов защищать женщину, но не способен до конца её понять, в её сложном поиске.

Не то чтобы у Озпетека всё неизмеримо сложно, но он удачно смешал кинококтейль из жанровых ингредиентов, в точной авторской пропорции.

 

«Гнев» / Raiva. Португалия/Франция/Бразилия, 2018. Режиссёр: Сержиу Трефо/Sérgio Tréfaut

Основной конкурс

Номинация на Приз за лучший фильм – Золотой «Святой Георгий»

Приз еженедельника «Коммерсантъ Weekend»

Приз Международного жюри Федерации киноклубов «Колючий взгляд»

Диплом Федерации киноклубов России с формулировкой «За лаконичность и графическую изысканность в воплощении социальной драмы»

Картина «Гнев» Сержиу Трефо – о социальной безнадёжности мира. Богатые будут всегда, бедные будут всегда; честный бедный презирает контрабандистов, но единственный его выбор – между голодной смертью и контрабандой; права у богатых будут всегда, под надёжной защитой государственной машины и церкви. Бунтарь-одиночка, выражающий протест, обречён на уничтожение или изнурительные пытки ежедневной нищетой и братом её – голодом.

Главный герой – крестьянин Антониу Палма (Угу Бентеш/ Hugo Bentes) – изысканный, стильный, харизматичный красавец-мачо. Он стильно появляется в первом же кадре и стильно убивает богатых, расстреливая их из ружья. Социальная драма Сержиу Трефо – изысканная, эстетская, чёрно-белая социальная драма, с точнейшей композицией кадра и безупречными мизансценами. Статичные группы людей в кадре молча стоят, и они убедительно стоят, в отличие от молчаливых групп в картине Александра Котта «Спитак». У Трефо они генерируют некую осязаемую энергию, органично вписываются в создаваемые картиной смыслы. А у Котта, во время замлетрясения в Спитаке 1988-го года, стоят покорные армяне и смиренно ждут известий о своих родственниках. Получив их, они бросаются на опознание – и снова стоят. Представить себе статичные группы людей во время и после землетрясения практически невозможно. Они стоят ради красного кинословца.

Кадры «Гнева» – это чёрно-белая графика, с соблюдением законов композиции и перспективы. Это кадры выжженной, иссушённой земли, и выжжена она не солнцем, а нищетой и болью.

Герой-одиночка, бросивший вызов системе ради того, чтобы накормить свою семью и сломать кастовую замкнутость общества, гибнет, успев нанести ущерб живой силе богатого противника. С шестка этого доведённого до отчаяния сверчка есть только один выход в свободу: эта дверь называется «Смерть». Воздух откачан и выжжен, форточки наглухо заколочены.

Семья успевает поесть сытнее обычного, оплатив счёт за еду жизнью кормильца. Всё в картине «Гнев» математически, покадрово, съёмочно, монтажно точно, кроме аскетичной боли самоотречения незаурядного нереализованного человека, прорывающейся через все условности киноязыка.

 

Остальные картины Основного конкурса фестиваля, пожалуй, в «турнирной таблице» я бы расставил так:

1. «Ричард спускается в ад»/Riccardo va all'inferno. Италия/Франция, 2017. Режиссёр: Роберта Торре/Roberta Torre

2. «Офелия»/Ophelia. США, 2018. Режиссёр: Клер МакКарти/Claire McCarthy

3. «Царь-птица»/Toyon Kyyl. Россия (Якутия), 2018. Режиссёр: Эдуард Новиков/ Eduard Novikov

4.«Халеф»/Halef. Турция, 2018. Режиссёр: Мурат Дюзгюноглу/Murat Düzgünoglu

5. «Стойкость»/Sabot. Узбекистан, 2018. Режиссёр: Рашид Маликов/Rashid Malikov

6. «Заблудшие»/Stray. Новая Зеландия, 2018. Режиссёр: Дастин Финили/Dustin Feneley

7. «Год Леона»/El anno del Leon. Аргентина, 2017. Режиссёр: Мерседес Лаборде/ Mercedes Laborde

8. «С пеной у рта»/Ar putām uz lūpām. Латвия / Литва / Польша, 2017. Режиссёр: Янис Нордс/Janis Nords

9. «Спитак»/Spitak. Россия / Армения, 2018. Режиссёр: Александр Котт/Aleksandr Kott

10. «Ню»/牛. Россия, 2018. Режиссёр: Ян Гэ/Yang Ge.

Картину «Ночной бог» (Night God), Казахстан, 2017, режиссёра Адильхана Ержанова (Adilkhan Yerzhanov) мне, к сожалению, посмотреть не довелось.

 

Фильм «Ричард спускается в ад» – феерическая сатира на природу диктатуры… где-то в королевстве авторитетной семьи Манчини. Проведший годы в психиатрической лечебнице Ричард имеет все шансы стать диктатором. Но у него есть сильные конкуренты – не менее «безбашенные» братья, беспощадная сестра и тонко закулисно «рулящая» королевством мать. Победить в этом семейном террариуме может только наибольший псих – иначе подданные не признают права на «беспредел». Картина размашистая, весёлая, с элементами мюзикла, лирики и печали.

Картина «Офелия» – смешение мотивов пьес Шекспира, на основе одноимённой книги Лизы Кляйн. Она исследует образ Офелии – загадочного и малоизученного персонажа «Гамлета». Офелия, как и Джульетта, выпила хитрое снадобье и, в отличие от принца Гамлета, выжила, родила от него ребёнка, стала укрывшейся от мира матерью-одиночкой. Фильм впечатляет чистотой и непорочностью кинодыхания юной девы, обманувшей роковые воды, вскользь воспетые Шекспиром. Юная девушка, низкого социального происхождения, покорила принца, победила смерть, продолжила королевский род потомком-бастардом. Шеспировских Офелию и Джульетту всегда жаль, так не хочется, чтобы они умирали, и картина «Офелия» идёт навстречу пожеланиям сердобольных зрителей.

Картина «Царь-птица» тщательно выстроена, прошита некоей внутренней, психологической, неброской драматургией, крепко сделана, со всеми приметами якутской школы – традиционно поэтичной, основанной на народной культуре, с её язычеством, обрядовостью, шаманством, поклонению предкам. Когда к пожилой якутской паре – главным героям фильма – прилетает орёл и «поселяется» на соседнем дереве, они искренне верят, что великая птица, птичий царь, прилетела кого-то из них забрать, что этот путь неотвратим. Они ведут с орлом осторожные переговоры, ищут знаков, приносят жертвы. У них есть ещё в иглу дела, да и просто хотелось пожить. В их уклад, основанный на тысячелетнем опыте реальности, мистики и шаманства, незатейливо вторгаются люди с красными звёздами во лбах (на будённовках). Они принесли с собой новую веру – атеизм, и один из них весело убивает страшную птицу. И всё проклятие орлиного рока переходит к красным, основавшим Советскую Якутию. Но и за ними пришли красные кровавые птицы – отнюдь не орлы.

Картина «Халеф» – о примирении со смертью, о призрачности реального и реальности призрачного, о спекуляции на призрачности. Картина печальная, вариация на темы грядущего путешествия на лодке Харона. Картина о боли, о замаливании тяжкого греха, совершённого когда-то, всей дальнейшей жизнью. Существование ключевого персонажа, Махира (Мухаммет Узунер/Muhammet Uzuner), – это медленная, монотонная, будничная подготовка к приятию неизбежного, с весьма неожиданным финалом, подчёркивающим давний грех двойной сплошной жирной чертой.

Главный герой картины «Стойкость», – Сайдулла (Карим Мирхадиев) – по-мужски красив и харизматичен, как Антониу Палма из фильма «Гнев». Он тоже простой человек, живущий бедно, хотя и бывший «афганец» – офицер советской армии. Он никого не убивает, но у него много прощальных дел на этой земле – простых, будничных, но таких важных для людей. Нужно успеть обрести себя, обрести семью, стать дедушкой, которого навсегда запомнит внук. Сайдулла делает всё, как умеет, – как на войне, как в сложном, непостижимом мире после войны.

Картина «Заблудшие» – о предельной отчуждённости мира от «выпавших из гнезда» двух одиноких людей. Каждый из них проходит своеобразную «реабилитацию» после тяжёлой психологической травмы, среди равнодушного «покачивания», «пожимания» горными «плечами» впечатляющей новозеландской природы, полной покоя и совершенства. Реабилитироваться, ощущать вкус и смысл жизни проще вдвоём, и две единицы медленно и осторожно пытаются стать парой. И станут. Режиссёр гарантировал это на пресс-конференции. Они смогут вернуться к полноценной жизни, вместе или порознь.

Главная героиня картины «Год Леона», Флавия (Лорена Вега/Lorena Vega), тоже восстанавливается после психологической травмы – смерти любовника (Леона). Лучше всего помогает ей усиленная научная работа. Она слушает записи с голосом Леона, предаётся воспоминаниям и настойчиво трудится. Но в это пространство вторгается Люсия (Малена Моирон/Malena Moirón), дочь Леона от первого брака, и резко меняет устоявшийся психологический рисунок восстановления. Но и у них всё будет хорошо – они добрые и человечные. Женщина и девочка обретут себя, хотя на их долю достались серьёзные потери.

Картина «С пеной у рта» – пожалуй, самый агрессивный фильм фестиваля, во всяком случае, из тех, которые удалось посмотреть. Агрессивен, как зверь, полицейский-инвалид Дидзис (Вилис Даудзинс/Vilis Daudzins), агрессивен любовник его жены – семнадцатилетний спортсмен, не говоря уж о взбесившихся боевых собаках – питомцах Дидзиса. Самцы сражаются за самку и территорию, между ними идёт словесный баттл, каждому наплевать на другого, а собаки начинают нападать на людей. Режиссёру убедительно удалось передать голую агрессию мира. Любимая собака Дидзиса впивается ему в горло, и мягкая, но хитрая, коварная сила – жена – чудом его спасает. Любовник затравлен собаками и сломлен.

Картина «Спитак» напоминает длинный специальный репортаж в духе телеканала «Россия» и сериалы, прославляющие МЧС. Это абсолютно форматное киновысказывание, во всех смыслах – привязки к дате, идеологически, с дозированной форматной критикой позднесоветских времён и их же восхвалением. Маленькая девочка спасает сбежавшего из семьи в Москву папу, а он спасает маму, становясь высокоморальным и преданным. Он почувствовал себя неотъемлемой частью собственного народа, весьма и весьма плакатно. Армяне, составляющие скорбные группы, – статичная массовка, вызывающая недоумение. Советские офицеры, долго торгуясь, выделяют ограниченное время на разгребание завалов. Жители Спитака в целом пассивны и покорны свалившемуся на них горю. Картина заблудилась между недостоверной документальностью и неубедительной художественностью.

Награждение картины «Ню» Специальным призом жюри «Серебряный Святой Георгий» – самое скандальное решение фестивального жюри, бурно обсуждавшееся в кулуарах ММКФ-40. Ян Гэ сделала дебютную картину со всеми полагающимися недостатками дебюта. При любой субъективности оценок – это, вне всякого сомнения, не кино категории «А». Является ли ММКФ фестивалем класса «А», по уровню, а не официальному статусу, – спор многолетний. «Ню» – картина о девушке-китаянке, которая ищет в Москве любви, а мегаполис предлагает ей секс. При этом героиня почему-то решает расстаться с девственностью, и на этом пути её ждут комические и драматичные истории. Фильм полон наивной, бесхитростной дебютности, с элементами китайского наивного фолка, эротики, песен, живописи от Ян Гэ. Это фильм о поиске девушки из другой цивилизации своего места в русскоговорящем, как и она, мегаполисе.

 

Из картин, которые мне удалось посмотреть помимо картин Основного конкурса, заслуживает внимания фильм:

«Моего брата зовут Роберт, и он идиот»/Mein Bruder heißt Robert und ist ein Idiot. Германия/Франция/Швейцария, 2018. Режиссёр: Филип Грёнинг/Philip Gröning

Программа «8 1/2 фильмов»

Номинация на Приз «Золотой медведь» Берлинского кинофестиваля 2018-го года

Они – близнецы. Роберт (Йозеф Маттес/Josef Mattes) и Елена (Юлия Цанге /Julia Zange). Идёт их неспешное лето, полное томления, скуки, философии, странных желаний, влечения друг к другу. Елене нужно готовиться к экзамену по философии, и ей помогает брат. В расплавленное летом сознание Елены падают слова брата об относительности времени. Подспудно процесс осознания себя ведёт юных людей к смутному чувству относительности всего, возможности всего, отсутствия берегов. Елена – белокурый демон – жаждет власти над обывателем, таким относительным и ненужным во времени. Близнецы заключают пари: если Елена до экзамена займётся с кем-нибудь сексом, то выполнит любое желание брата, а если нет, то отдаст ему свой «Фольксваген Гольф». Роберт явно ревнует, Елена явно его дразнит, допекает вопросами о подружке.

Мир – это бензоколонка среди тишины. Тишину шевелят кузнечики и травы. При бензоколонке есть маленький магазин, и продавец в нём – человек лишний в этом мире. Классическая немецкая философия будоражит представления Елены о границах собственных желаний, ведя к криминальной развязке драмы на бензоколонке. С сексом, жертвоприношением и обессмыслившимся спором с участием «Фольксвагена».

Внешне к неожиданной развязке не ведёт ничего, эта окраина немецкого города самодостаточно качается на качелях вселенной, тщетно пытаясь поймать баланс. Близнецы исследуют друг друга, смутно ассоциируясь с набоковской «Адой», но становится очевидным, что их внутреннее напряжение опасно. Юный человек чувствует, что он – это всё: гений, злодей, лузер, лентяй, философ. Он ещё не знает полицейских ограничений общества.

Спокойно, меланхолично, странно совершив то, что она совершила, Елена произносит красивую и проникновенную публичную речь, она взволнована, у неё наворачиваются слёзы, экзаменаторы в шоке от неожиданно для них проявившегося интеллекта.

Картина «Моего брата зовут Роберт, и он идиот» – интеллектуальный вызов устоявшемуся бюргерскому миру с его расчисленностью и правильностью. Бюргеры растят монстров, не ведая относительности бытия.

 

Особняком стоит документальная (условно) картина великого театрального режиссёра Анатолия Васильева «Осёл».

«Осёл». Швейцария, 2017. Режиссёр: Анатолий Васильев/Anatoly Vasilyev

Программа «Эйфория сопротивления»

Картина «Осёл» – любопытный киноэксперимент, не имеющий отношения ни к традиционному киноязыку, ни к каноническому сюжетному кинодокументу. Это предельно неспешная лирическая история, внимательное вглядывание в архетипическое животное, важное для человеческой культуры. Картина длится почти три часа, и почти всё это время камера пристально вглядывается в осла, следует за ним, тщетно пытаясь вписать его в широчайший контекст мировой культуры цитатами на экране. Этот приём не срабатывает, потому что животное упрямо идёт своей собственной дорогой, а режиссёр идёт за ним. Постепенно проявляясь, обозначается трогательный, прячущийся за цитатами, гуманизм художника, накапливается нежность к ослу – такому упрямому и беспомощному. Режиссёр погружается в жизнь осла, осёл погружается в образ, становясь актёром. Он органичен на экране, поскольку не играет себя, а живёт, и живёт настолько отстранённо от актёрских задач, что выглядит это более чем убедительно. А контекст картины сотворяет из него актёра. В финале осла забивают на бойне, невзирая на его сопротивление. Копившаяся жалость к животному достигает апофеоза. После смерти осёл отправляется в некое выжженное пространство, состоящее из сухой глины на корнях растений, сожжённой солнцем травы и двух ослов в уютном углу кадра. Печален рай, где не будет осла, в нём не будет хватать органичной гуманности, необходимой для равновесия живого, и это важнее пластов культуры, зафиксированных цитатно, ибо осёл о них не ведает, возможно, не ведает и рай.

Наиболее поразительны в картине кадры, когда ослы, стоящие мордой к металлической решётке двери, настойчиво суют голову между прутьев, крича от ужаса в замкнутости пространства, ища свободы. А дверь позади них открыта. И эта метафора, подсмотренная в ослиной жизни, представляется мне более важной, чем литературная «вписанность» осла в историю римской культуры.

И, конечно, картина – никакой не документ жизни ослиного духа и не художественное исследование; осёл упрямо тянет автора в малоизученный, экспериментальный жанр. И осёл победил.

 

-------------------

Сороковой Московский международный кинофестиваль закрылся – под ветром, холодом, дождём, брызгами фонтана в спины фотографов и операторов, в предчувствии шторма.

Красная закрывающаяся дорожка полна была зонтами, плащами, накидками, заботливо укутанными видео- и фотокамерами. Беспощадный штормовой ветер рушил сложные сооружения причёсок, трепал складки одежды. Но мужественные российские и зарубежные актрисы по-прежнему демонстрировали миру привлекательные части тела и души. Всё можно выдержать ради славы, внимания и подлинного признания поклонников. Мужественно боролась с ветром Настасья Кински, неузнаваемая под копной разметавшихся волос; её коллеги по жюри поправляли бабочки и волосы, пытаясь гламурно позировать фотографам. Подъём по символическим карьерным красным ступеням обозначили элегантные мужчины в одинаковых пальто, похожие на безмятежно застывших птиц.

В фойе, укрывшись от позднего московского апреля, гости и пресса отогревались чаем и мимолётным общением. Награждённые выходили из зала для интервью, держа в руках «Святых Георгиев».

Главная звезда жюри основного конкурса, по выражению Кирилла Разлогова, – Настасья Кински – к камерам не вышла. От интервью и фотосъёмок она преимущественно уклонялась.

Фильмом закрытия стала особо засекреченная канадская картина «Имитация» с Сами Насери – одной из главных VIP-персон фестиваля, французским актёром берберского происхождения, звездой фильма «Такси», председателем жюри международного конкурса короткого метра. Попавшие на фильм подписывали бумаги о неразглашении. Ленту не показали в дни фестиваля ни разу, в том числе прессе.

Я его видел. Содержание разглашать не буду: оно не стоит того. По сравнению с фильмом открытия – «Неаполь под пеленой» (он же – участник Основного конкурса, отмеченный Призом «За лучшую женскую роль») «Имитация» – фильм почти никакой. А добротный триллер можно посмотреть и по телевизору. Для этого фестиваль не нужен.

 

О своих впечатлениях о 40-м Московском международном кинофестивале рассказывал Юрий Жуковский, писатель, член Гильдии киноведов и кинокритиков России

Фотографии Дмитрия Островского, Юрия Жуковского и официальные материалы ММКФ.

Юрий Жуковский о Московских кинофестивалях:

ММКФ - 37 (2015) 

ММКФ - 38 (2016)

ММКФ - 39 (2017)