«Бабкин сын»

В начале 60-х ему было лет десять. Отец его то ли в тюрьме сидел, то ли завербовался на целину и пропал, мать тоже куда-то делась -- мальчика растила и воспитывала бабушка, пожилая и болезненная, лет под семьдесят. Сироту прозвали Бабкин Сын - он часто ходил в магазин то за хлебом, то с бидончиком в керосиновую лавку.

Учился неважно, одет был хуже всех – лоснящийся пиджак чуть ли не до колен с взрослого плеча, солдатские перешитые галифе, фезеушные ботинки с заклепками. Впрочем, на одежду в те годы особого внимания не обращали.

Уличные ребята часто его дразнили, почти никогда не принимали в игру. Может, поэтому Бабкин Сын выглядел почти всегда озлобленным, у него были воспаленные, наполненные слезами глаза. Он храбро отбивался от хулиганов, но его всегда побивали. Правда, били не очень крепко – все-таки, сирота!

Старуха, видя, как обижают внука, с криком выбегала из хаты, вступала в драку с хулиганами, ловко орудуя березовым веником.

Распродав кое-что из вещей, она купила мальчику новенький матросский костюмчик с галстуком и бескозыркой, затем с торжеством провела внука за руку через весь райцентр. И все люди смотрели на них. Это был день бабкиного торжества!

Шли годы. Закончив восьмилетку, Бабкин Сын поступил в ПТУ, затем куда-то уехал.

Старуха померла, но Бабкин Сын почему-то не смог не приехать на похороны, и все решили, что парень тоже где-то сгинул…

Прошло еще лет десять, и вот однажды он вдруг появился в родном поселке, на площади, в многолюдной толпе на 9 мая, с иголочки одетый, с красивой женщиной под руку.

Меня он узнал, мы поговорили. Бабкин Сын (забыл как его звали на самом деле) сказал, что выучился на инженера, работает на заводе, заместитель начальника цеха, у него трехкомнатная квартира, «Жигули»-шестерка! По тем временам он жил в большом достатке.

Я осторожно вглядывался в его лицо: в нем не было ни капли прежней обиды и униженности. Это был уверенный в себе человек, спокойно шагающий по жизни. Он решил проведать могилу бабки и установить ей памятник.

Позже я видел этот памятник с выгравированным портретом и позолоченными буквами -- он выделялся блеском отшлифованных граней среди бедных деревенских могил. Бабка на памятнике была как живая, она с улыбкой смотрела на меня из мраморной глыбы.