Пример

Prev Next
.
.

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form


Стереотипы нефтяной стабильности и сухая статистика

Добавлено : Дата: в разделе: Социология
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 3221
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

Впервые за пятнадцать лет [относительно] комфортной жизни, политика стабильности [не вдруг] потребовала от людей [официально] «потерпеть». Люди сказали – «да». В последнем  [ноябрьском] номере The New Times, на обложке, с перевернутым сердечком, скалькулировано «89,9%» – да. Это «да» Новым временем понято как «любовь», так и написано, «89,9% любви». Левада-центр – уже год – трактует это «да», как рейтинг президента или «одобрение политики» его. ВЦИОМ – как «счастье» или «поддержка». Вероятно, так звучал вопрос: одобряете ли, поддерживаете ли? Человек отвечает – да. Те, что отвечают – нет, называются «несогласные». По аналогии, те, что «да» – согласные; но это сомнительная логика для социологии авторитарных обществ...

Когда Жданов спрашивал измученный Ленинград: «Что поучительного могут дать произведения Ахматовой нашей молодежи?» и сам же отвечал: «Ничего, кроме вреда» – город Ленина откликался соответствующим [не только для 46-го года] эхом. Когда «прорабатывали» Бродского. «Прорубали» Арбат. «Входили» в Прагу. Вводили войска в Афганистан – съезд одобрял. От имени народа! И люди [сами] говорили – Да. Наш народ [статистически значимо] сказал «нет», кажется, только в августе 91-го. Но, если вдуматься, то можно предположить, что это он так, в очередной раз, сказал – Да. Большинство, осмелимся предположить, [в авторитарных обществах], вообще не умеет говорить «нет». Потому, что авторитарная личность – и об этом пишет, в своем исследовании, Теодор Адорно – боится выглядеть «не как все», очень боится, и страх этот, о чем свидетельствует опыт не одного Мандельштама, весьма и весьма обоснован. Тут вам и георгиевская ленточка на сумочке студентки и в кабинете академика, и на лобовом зеркале представительного авто.

«Да» это, с одной стороны, определяется традициями крепостной России, затем столетнего террора (когда любая естественная традиция объявлялась предрассудком); с другой – пропагандой. Пропагандой – как замечает Александр Корин («Советская Россия в 40-60 гг.») – действующей еще со школы. Сейчас в ходу критическое замечание из Оруэлла о «Министерстве Любви»; но министерство любви де-факто существовало и формировало «имперское» мышление, отягощенное злом. Воспитывало «неедяк» (это уже из Стругацких) риторикой, одинаково свойственной и «левым», и «правым». 

Как тут не вспомнить Р. Рождественского, его мальчика перед Кремлем, 52-ого года?.. 

«Прикажи...И мы умрем!»... (См. «Юноша на площади», НГ, №64 от 13.06.2012).

Надо еще сказать, что «Мастерство…» Захавы с Лениным в каждой строчке и цензурным комитетом между строк – это одно, а «Журавли» Бернеса и Френкеля – это совсем другое и это, как говорят пиарщики, работает. И так работает, что отделить зерна от плевел практически невозможно. Немногие, слушая журавлей, представляют Наума Гребнева... с распоротым брюхом, в снегу, собирающим в брюшину собственные кишки... а рядом на спине «товарищ гвардии капитан»... и свист бомб. Легче воображение рисует под журавлей нечто вроде Pet Shop Boys («Go west»), Бессмертный полк и лестницу в небо, по принципу «юноши перед кремлем». Это называется культурой. «Советской культурой»… Как назвал это Юрий Елагин, служивший когда-то в Московской консерватории и в Театре еще при живом Вахтангове, – «укрощение искусств». Выполнение социального заказа: на пафосе и на костях, но и на красоте слога, и на силе образного языка, торжествовавшего вопреки власти. Об этом сказал в своей нобелевской речи Бродский – «как можно сочинять музыку после Аушвица? – вопрошает Адорно, и человек, знакомый с русской историей, может повторить тот же вопрос, заменив в нем название лагеря»… Мое поколение – говорит Иосиф Бродский – «оказалось способным сочинить эту музыку»!..

Второе обстоятельство, к которому сводит Корин любовь детей к отцу народов – не только тотальная пропаганда – «приспособленчество». Вся партийная элита новой советской реальности после сталинских чисток – это, в большей или меньшей степени (по мнению Корина и, например, Восленского) – «конформисты», «номенклатура». «Конформисты», верящие в «закрытый распределитель», а не в «марксисткою доктрину». Поэтому нет ничего удивительного, что председатель Госкомитета по труду и социальным вопросам [в прошлом, а сегодня] долларовый миллиардер, владелец «Автотора» сносит дом Леннона и Ринго Старра, [в одном из кварталов Англии] как его собственник. Другой тип [благородного] «конформиста» описан Семеном Эльевичем Шнолем, его знаменитая книга так и называется «Герои, злодеи, конформисты отечественной науки», где замечательный биолог говорит, например, о своем коллеге Н.И. Вавилове, что прежде чем стать героем, он был конформистом. Станет ли кто упрекать Николая Ивановича? Думаю, – нет. Думаю, это надо воспринять как данность; но помнить, всегда помнить, что это наглядная иллюстрация того 89%-ого «Да».

Когда А.М. Пятигорский говорит, что Большой Террор стал возможен, в какой-то мере потому, что люди были готовы, чтобы их расстреляли – в этой странной и, по-своему, страшной фразе, он философски подходит к пониманию этого «да».

А в «Хождении во власть» Анатолия Собчака есть примечательное наблюдение [из двух зимних месяцев 89-го года]: «Такого моря полных болью человеческих глаз я не видел ни до, ни после двух предвыборных месяцев». Анатолий Александрович, напомним, был профессором юрфака ЛГУ, а социология [и тогда, и, к сожалению, во многом сейчас] живет в своей «башне из слоновой кости» и не слышит и не видит глас народа. Оттого она так и трактует это просторечное «да», у которого с «нет», как то заметил Джойс, разница всего в одну букву... 

Между тем, «конформизм» и «стереотипность» - почти синонимы. Конформизм – это, в нашем случае, приспособляемость к социуму. Стереотип – упрощенное представление о нем. К слову, подражательность нашего общества, «имитативность», была замечена историком Сергеем Мельгуновым, еще накануне революции и как одна из причин ее. 

Ни к чему не обязывающее, немногословное – «да» – за сто лет доведенное до автоматизма. Т.е. оно уже стало нашей ментальностью, это слепое, стереотипное «да».

Как не вспомнить Астафьева? «Душу Алеши наполнило то, что поселяется в казарме и в тюрьме – тупое соглашательство со всем происходящим». Так другой Алеша пришел в скит…

Потому что у нашего народа, и без статистики ясно, [и об это пишет, например, Николай Реден: мемуарист, гардемарин, белогвардеец] есть три проклятья: страх смерти, страх голода и страх одиночества (для тех, кто не понял – полной изоляции, «encapsulated», та же смерть).    

- Мы сейчас живем лучше, чем когда-либо? – Да (а разве, нет?). Хотя, все равно, плохо.    

- Какую страну потеряли! (Сегодня только вздыхала женщина над ухом). И, правда, какую? Комфортную (а разве, нет?) Только «комфортную» не обилием предметов женской гигиены, а своей предсказуемостью. Вл. Паперный назвал это «теплым болотом», М. Шемякин – «кефиром». Женщина, которой надо [одной] поднять детей, и нет времени ухаживать за собой, жалеет о потерянном «кефире», как о рае. [И, наверно о молодости, хотя и «без секса»].

Понять это можно. Чтобы она могла на соответствующий вопрос ответить «нет», ей надо предложить вэлфер, а не сюжет романа Айн Рэнд. Только представьте, какие страсти должны взыграть в этой бедной женщине, чтобы она могла ответить – нет, чтобы она воспротивилась, говоря не «да». У нас была бы «ленинская», а не «сорокинская» социология [имеется в виду Питирим], если бы она (социология) не видела в этом соглашательстве, хотя бы отголосок сопротивления и боли, но она по счастью видит – Сатаров, Воронков и др. – видит.

СССР – «самая читающая страна мира», или «самое лучшее образование было», или самое сильное что-то еще. Это не просто клишированная форма, это «опиум», успокоительная пилюля для тех, кто не помнит книжного голода, «основ и истории КПСС», не читал Льва Лосева, не испытал на собственной шкуре «принципа», что студент должен придерживаться тактики дрожания и послушания… а все это легко забывается. У «манкуртов» нет памяти. У «лотофагов» нет памяти. У, воспитанных в советских школах, «неедяк» – нет… или очень короткая память… и, конечно, телевизор.

Кто не отравлен развлекательным ТВ [политически ангажированным] – тот понимает, что это мысли «от обратного», компенсация того, что перед нами. Тот ждет перемен, но сверху или пока наберет силу «Открытая Россия» или «Облачная демократия». Тех, кто готов сам – всегда мало. Их Лев Гумилев назвал «пассионариями». Другим свойственно думать сегодняшним днем, и о хорошем, и о плохом. 

Сейчас плохо. В нулевые – плохо. В девяностые – плохо. А дальше, соблазнительно думать, – хорошо. Вот, помнится, крылатые качели… и простой вывод, так давайте совместим сытость и закрытость [хотя так не бывает] – нам будет хорошо. Надо, просто подождать. Если спросят, скажем «да». Пока – как это высмеяно в «азбуке протеста» – не станет «более лучше». 

А представление о «лучшем» так неопределенно, что всегда кажется, что это уже так.

Да, мы стали жить «более лучше» - что здесь смеяться? – но чья в этом заслуга и «вина»? 

Хотя провести такой анализ, тем более почувствовать ушедший тренд – не результат даже, воздух реформ – это невозможно для советского человека, травмированного сначала отсутствием, а затем обилием, и великим множеством потерь. Невозможно... – и социология должна это понимать, и она понимает. Если она – «понимающая». Вот это «да»! (как в песне Билла Сиггера)… Если она не ангажирована, если способна к интерпретации, тогда это «да» – распадается. Когда журналист Новой Газеты (Е. Масюк) спросила известного социолога Виктора Воронкова (НГ, №45 от 29.04.2015) – 76% считают себя счастливыми (по данным ВЦИОМ), как это может быть? Социолог ответил: «Никто не понимает, как это может быть. И это означает, что результаты опросов можно интерпретировать как угодно». 86% поддерживают Путина, как это может быть? – «Когда люди, отвечая на вопрос: «Считаете ли вы, что Путин прав?» – говорят: «Да», то смысл такой: «Да, только отстаньте от меня». Люди, может быть, вообще ничего по этому поводу не думают, их это не интересует»…

«Вот это да!». Вот это – «да»… 

Комментарии

Борьба с государством: забытые люди и возбужденная толпа.
В этой стране нет человечности. Здесь каждый решает свою проблему. Закончился короткий и неглубокий, как выгребная яма, ХХв., но в этой стране, которую мы, нравственно дистанцируясь, называем нашей, е...
Место жительства - рай
Я живу в коттеджном поселке в паре километров от города. То есть постоянно наблюдаю жизнь людей очень обеспеченных, при том сама таковой не являюсь. И это интересный социальный опыт. Поселок называет...
Россия - белая деревня
Капитолина   «Везут в Германию нас эшелонами, Везут в Германию нас помирать...»   Яр бел: покров зимы суровой… Не с той ноги встают дома, Спускаясь к речке Васнецова С капитолийского...
Природа патриотизма и природа предательства
К размышлениям на эту тему меня подтолкнули два обстоятельства. 1) объявление Российским Центром Науки и Культуры в Праге экстраактуального конкурса эссе: «Вторая мировая война в истории семьи, ...
Природа патриотизма и природа предательства (часть 2-я)
25 января страна отметила… с чего вдруг? Честно сказать, не очень ясно, потому что, глядя на происходящее, невозможно представить нас слушающими «охрипший его баритон». Народонаселение наше, очевидно,...
Марк Гальперин и Владимир Ионов
Считаю, что Марк Гальперин (как маркетолог) войдет в историю российского маркетинга. Маркетинг без свободы не существует, а Гальперин защищает свободу, следовательно, исполняет свой профессиональный д...
Дорожная история, рифмованная
На двадцать первом километре МКАДа: Усталость          Сорная трава                      Земля поката   &nb...
Та, белая роса или Та, белая раса или Табунный разум или Tabula Rasa.
*** После 32-х часового полудрема в подвешенном состоянии – мягкая посадка наудачу в первое стоящее такси. Только на расстоянии полуметра от земли мерная тряска пробуждает ощущение координатных перем...
Роман Валерия Залотухи "Свечка"
Прочитала "Свечку" Валерия Залотухи. Роман огромный, в двух книгах, энциклопедия, как полагается. Уже в конце первой книги появилось желание, чтобы он скорее закончился. Не роман закончился, ужасы, о ...
04.04 - День рождения Чижевского
Вчера, четвертого апреля [по новому стилю] родился Чижевский, но не биофизик и естествоиспытатель, не тот, который "Земля в объятьях солнца", а славист, политэмигрант и экуменист Дмитрий Иванович Чиже...