"9 1/2 недель"

Фильм сделан по стихотворению Пастернака "Как я трогал тебя..." Джон занимается недружественными поглощениями предприятий - рейдерством, то есть. То, как он обращается с Элизабет, похоже на хитрый, медленный, коварный, садистский захват предприятия. Возможно, наоборот. Занимаясь в деловой жизни жёстким захватом предприятий, в сексуальной жизни он предпочитает обратный план, от неуверенности в своих силах, в обоих случаях. Он медлит и медлит, насильственно расширяет половое сознание Лизаньки, так она и сама готова предаться мазохистским утехам. Ей грустно. Её преследует потрясающий образ старика с экзистенциальной рыбой, ввергающей её жизнь в депрессию.

Ваня, сладкий, гламурный, не мужественный рейдер-байкер-манипулятор, несомненно, издевается над ней, уверив себя, что он мачо. Оба держатся на тонкой грани любви, готовые сорваться во все тяжкие. Подавленно-закомплексованная Элизабет нашла горячий отклик в советских сердцах. Она неудачница, задавленная капитализмом, уволенная с работы. Она хочет быть художником, но может лишь продавать, но плохо. ей нужен мужик, но подворачивается извращенец, привыкший брать предприятия не мытьём, так катаньем. И она бросается в омут расширения сексуального сознания, потому что после рыбы на картине старого художника ей уже всё равно. Она надеется любовью смягчить жёсткий рейдерский ум закомплексованного Джона, не знающего, как по-настоящему обращаться с настоящими женщинами. Элизабет обречена. Капиталистический хищник способен лишь исчезать и прятаться, замаливая в притонах свои рейдерские грехи. Копание Эдриана Лайна в дебрях сексуальной революции оказалось пустышкой - о ней до него было всё сказано. Тема закрыта. Закрылась она и в так называемой реальности. И только Джо Кокер бессмертно добавил картине-однодневке остро не хватавшего ей мачизма. Ваня и Лиза жаждали настоящего, это была их главная фрейдистская слабина, в этом они никогда бы себе не признались. Хотя у Лизы однажды вырвалось, но затем Эдриан Лайн увёл ей в расширение сексуального сознания, поскольку после собственной рыбы ему уже было всё равно. В нём уже брезжила будущая Ло, которую он передержал без роли, и стала она не инфернальной Ло, но толстеньким американским подростком - Лошечкой. Но ни Андрей, ни Лизанька, ни Ваня-рейдер об этом ничего ещё не знали. В мире царил 1986-й год. Оставалось ещё 9 1/2 метафорических недель до окончательного поедания миром идеалов сексуальной революции 1968-го года, до поршней "Солнечного удара", до Елены Мизулиной, до тьмы арабов. оккупировавших сексуальный Париж. И лишь Ким Бесинджер носит свой сексуальный символ до сих пор, а победивший ирландский алкоголизм Микки знаменит приходом в программу "Время", для раскрепощения производителей и потребителей информационного продукта. Впрочем, там-то уж такие сексуально-идеологические дебри, что и не снились бедному поверхностному Лайну.