Михаил Ботвинник. Часть 2

Продолжаем веселые истории о шестом чемпионе мира и первом советском Михаиле Ботвиннике.

Заботливая власть

После голландской части матча-турнира за корону 1948 года лидировал Ботвинник, а преследовал его Сэмюэль Решевский из США. Это беспокоило наши власти, и во время двухнедельной паузы, вызванной переездом участников из Гааги в Москву, Ботвинника вызвали в ЦК. С ним лично беседовали самые верные соратники Сталина - товарищи Ворошилов и Жданов.
- Мы опасаемся, что чемпионом мира может стать американец, - сказал Жданов, - и хотим вас поддержать. Надеемся, вы не будете возражать, если советские гроссмейстеры Керес и Смыслов добровольно проиграют вам, - добавил главный советский идеолог. - Тем самым они проявят себя как истинные патриоты.

Михаил Моисеевич пытался возразить, но Жданов проявил настойчивость. Тогда Ботвинник предложил компромисс:
- Давайте повременим, может быть, это не понадобится.
Жданов был настроен благодушно и пошел навстречу будущему чемпиону. (Конечно, если бы Ботвинник отстал от Решевского, его скорее всего ждала бы участь Ахматовой и Зощенко - у Жданова был богатый опыт расправы с идеологическими врагами).
И правда, в последних двух партиях с Решевским Ботвинник лично обыграл опасного конкурента, отбросил его назад и, таким образом, обошлось без заботы партии и правительства. Хотя, возможно, потенциальная поддержка аппарата сыграла положительную роль, прибавила Михаилу Моисеевичу уверенность в силах.

Арбуз для советских шахматистов

Хотя шахматы - игра индивидуальная, Ботвинник любил подчеркнуть, что представляет советскую шахматную школу. Как-то на Кавказе он был гостем турнира, в котором играл Спасский, тогдашний чемпион мира. Гуляя по городу, они забрели на базар. Один из торговцев, увидев Бориса, подозвал его:
- Товарищ Спасский, мне очень нравится ваша игра. Вот вам арбуз в подарок.
Но Борис не любил арбузы и отказался от подарка. Тогда Ботвинник подтолкнул его в бок и громко прошептал:
- Борис Васильевич, берите арбуз и пожмите своему поклоннику руку. Ведь это признание заслуг отечественной шахматной школы.

Мудрый генерал

Готовясь к поединку с Бронштейном, Ботвинник подбирал свежую литературу. Узнав, что зарубежные издания, которые поступают в Комитет по физкультуре и спорту (в дальнейшем переименованный в Спорткомитет), хранятся в закрытом фонде и на дом их не выдают, он отправился на прием к Аполлонову - руководителю Комитета и генералу госбезопасности, чтобы получить разрешение пользоваться библиотекой.
- А как вы раньше готовились к турнирам? Изучали литературу? - подозрительно спросил генерал.
- Конечно, как же без этого.
- Так зачем же изучать ее снова? - возмутился Аполлонов и отказал Ботвиннику.

Месть

Ботвинник решил поставить Аполлонова на место. И вот однажды, когда тот вызвал его в Комитет, постарался, чтобы в тот же день у него состоялась еще одна встреча... К Аполлонову Ботвинник пришел вовремя, но когда генерал узнал, что Михаил Моисеевич его ждет, он долго продержал его в приемной, демонстрируя кто здесь настоящий король. Зайдя наконец в кабинет, Ботвинник сразу предупредил, что из-за задержки разговор не получится - его ждут в другом месте.
Аполлонов аж покраснел от возмущения:
- Что? Значит, у вас есть дела поважнее, чем беседа со мной?! - закричал он и сделал все возможное, чтобы подольше не отпускать Ботвинника.
В результате чемпион мира опоздал на прием - к кому бы вы думали? - к самому Молотову! Именно с ним была намечена следующая встреча.
Когда Ботвинник приехал в Кремль, он не стал скрывать причину опоздания:
- Товарищ Молотов, руководитель нашего Комитета по физкультуре и спорту полагает, что нет ничего более важного, чем общение с ним, Аполлоновым.
И в тот же день Аполлонов был с треском изгнан с занимаемой должности. Так закончилась спортивная карьера генерала.

Провокационный ответ

В качестве гостя Ботвинник посетил шахматную олимпиаду в Тель-Авиве. Он прогуливался с Бен-Гурионом, и премьер-министр Израиля излагал ему свою теорию, согласно которой все евреи в мире должны жить в одной стране. Он явно намекал собеседнику, что ему тоже пора собирать вещи. В ответ Михаил Моисеевич неожиданно напугал Бен-Гуриона:
- А вы не боитесь, что евреи сделают здесь революцию?
Больше к этой теме премьер-министр не возвращался.

Кондуит

Ботвинник часто давал указания коллегам и, если они не выполнялись, заносил «виновника» в специальный блокнотик и переставал с ним здороваться (у каждого был свой срок «дисквалификации»). Однажды в штрафники попал и Карпов - когда «подпольно» встретился с Фишером, чтобы договориться о матче. Шахматный патриарх был против подобных контактов и записал Карпова в свой кондуит. Отношения восстановились только пятнадцать лет спустя.

Неуловимый взгляд

После матча-реванша с Талем, в котором Ботвинник уверенно вернул себе чемпионский титул, его часто спрашивали, не мешал ли ему играть гипнотический взгляд соперника, действовавший на многих гроссмейстеров.
- Мне повезло, - отвечал Ботвинник, - благодаря своей близорукости я не видел глаз Таля и поэтому не поддался его гипнозу.

Бессменный экс-чемпион

На родине гроссмейстера Николая Крогиуса, в Саратове, трудился один весьма влиятельный обкомовский чиновник по фамилии Ковальков, которого бывший шахматист-саратовец до сих пор не может забыть. Однажды тот распекал Крогиуса за его не слишком удачную игру:
- Вот смотрите, - внушал он гроссмейстеру, - Ботвиннику уже столько лет, а он из года в год остается экс-чемпионом мира! Берите с него пример.