Пример

Prev Next
.
.

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

Перо и кисть

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 244
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

Сколько вокруг цветного! Почему тогда пыль серая? Цвета вместе дают никакой? Александр Петрович Сумароков находит точный эпитет: «Все в пустом лишь только цвете…» Выбирает самое бесцветное слово. Одна строка, а, по сути, - зашифрованное кредо. В массиве поэтического наследия Сумарокова она одна содержит слово «цвет», да еще с убийственным ярлыком «пустой».

О поэтах судят по их трудам. Не таков Александр Петрович с его прямолинейностью, нетерпимостью к иной точке зрения, будь то друг, ученый муж или царь. О его трудах невозможно судить вне его политических взглядов, творческих приоритетов и наступательного пыла. Его творческая биография – поля сражений, взрастившие могущественных коварных врагов. В итоге низвергнут, осмеян. А с ним и его призывы, идеи развития русского искусства, языка. Тут корень личной трагедии.

Программа Сумарокова в поэзии выражена ясно: «…Которые стихи приятнее текут? / Не те ль, которые приятностью влекут / И, шествуя в свободе, / В прекрасной простоте, / А не в сияющей притворной красоте, / Последуя природе, / Без бремени одежд, в прелестной наготе, / Не зная ни пустого звука, / Ни несогласна стука?..» Смысл слова и окраска слова – принципы, разделенные стеной смертельной вражды. Сумароков опирается на твердое значение слова. В его стихах, песнях, баснях не наберется и двух десятков цветовых эпитетов. Чаще других «красный» - в понимании «красивый», реже «зеленый», единожды «лазурь» и «желтый»: "Пойте, птички, вы свободу, Пойте красную погоду…", "И солнце подает свой видеть красный луч…", "Сем-ка сплету себе венок / Я из лазуревых цветов…", "Пожелтей, зелено поле…"

И, тем не менее, этот противник красочных излишеств заказывает в 1760 свой портрет мастеру, оперирующему исключительно цветом. Молодому, но уже известному петербургскому художнику, Антону Лосенко. Сумарокову 43 года. Недавно, в 1759, запрещен его журнал «Трудолюбивая пчела», он сам на грани отстранения от руководства театром. Парадный портрет - вызов обстоятельствам, акт самоутверждения с целью увековечения себя для будущих поколений на пике карьеры, в расцвете сил. Замысел подтверждается следующим шагом: в 1762 Сумароков дарит портрет Академии художеств. Что, кстати, недвусмысленно указывает на признание в изображении сходства с собой.

Отстраненный Екатериной II от общественной жизни, обиженный, он уезжает в Москву. Значение его неуклонно падает. Дает ядовитые плоды неосмотрительность в яростных полемиках. Рушится семья, возникает возмутительная связь с простолюдинкой, душат разорительные тяжбы. Но боевой дух не сломлен: «…Так трудно доказать, бесчестно что иль честно. / Еще трудняй того бездельство зря терпеть / И, видя ясно все, молчати и кипеть. / Доколе дряхлостью иль смертью не увяну, / Против пороков я писать не перестану».

Современники рисуют его опустившимся, склонным к пьянству. Но имя остается. Став символом конкретной литературной и жизненной позиции, оно привлекает новых сторонников. Среди них страстный почитатель Сумарокова, поэт Николай Струйский, 28-летний богач и самодур, наезжающий в Москву из имения Рузаевка, отстроенного по проекту Растрелли. По инициативе Струйского, пожелавшего всегда иметь перед глазами образ кумира, появляется второй портрет Сумарокова. Заказ сделан блестящему московскому художнику Федору Рокотову. Работа выполнена в 1777. Сумарокову 59, он разорен, забыт. Рокотову 35, он в зените славы.

 Таинственно превращение случайностей в закономерность. Обнажение механизмов сплетения судеб. Мерцание совпадений. В 1771 Рокотов в Москве пишет знаменитый "Портрет Струйской", жены Николая Струйского. С тех пор эта работа волнует сердца, побуждая поэтов посвящать портрету стихи. В том же 1771 Лосенко в Петербурге пишет знаменитую картину «Владимир и Рогнеда», закладывая основы национальной исторической теме в русском искусстве, к чему давно призывал Академию Сумароков.

Между двумя портретами Сумарокова 17 лет. Приведя к одному масштабу головы, не соблазняясь трелями искусствоведов и веря лишь глазам своим, обнаружим прелюбопытнейшие особенности. Во второстепенных деталях поздний портрет точно повторяет ранний: поворот головы, овал лица, направление взгляда, граница парика, форма бровей, пропорции носа. Однако существенные детали, передающие сходство, заметно отличаются: форма мышц рта, нижней губы, форма век, отсутствует ямка на подбородке. Струйский же, в письме Рокотову, высказывает удовлетворение тем, как художник передал «вид лица и остроту зрака его» всего при «троекратном действии».

Но часто ли знатный Струйский встречался с выпавшим в небытие Сумароковым, чтобы иметь возможность оценить сходство? Он мог никогда не видеть его и полностью доверился Г. Академику Рокотову. Трудно представить и сеансы позирования. Сомнительно, что Рокотов, один из учредителей Московского Английского клуба, владелец живописной мастерской, где при участии помощников одновременно пишутся десятки портретов высокопоставленных особ, посещал опустившегося Сумарокова. Ещё менее верится, что Сумароков ходил к модному художнику. Едва ли. В первой половине 1777 болела его жена и 1 мая умерла. После чего он «плакал непрестанно двенадцать недель». А 12 октября умер, всеми брошенный. "...А от небес прияв во тленно тело душу, / Я душу небесам обратно отдаю". Артисты театра похоронили его на свои гроши.

Думается, Сумароков не знал о замысле Струйского. А Рокотов, человек себе на уме, о частной жизни которого почти ничего не известно, справился с задачей без сеансов. Мастеру его уровня достаточно было одного взгляда на модель, чтобы схватить сходство. Но сходства нет. Значит, не было и одного взгляда. Сумароков не позировал Рокотову. Отсюда возникает предположение, что портрет мог быть спешно написан и после смерти поэта, в конце года.
Закончивший Петербургскую Академию художеств Рокотов отлично знал работу Лосенко. Но, чтобы извлечь суть, следовало ехать в Петербург. Он этого не делал, иначе бы не упустил важные черты лица портретируемого. Не желая портить отношения со Струйским, положив выполнить неудобный заказ, он, по всей видимости, берет за основу гравюру с раннего портрета, сопровождавшую прижизненные издания Сумарокова. Обстоятельства способствуют: Струйский в имении, модель в неведении, Лосенко, указавший бы на плагиат, в могиле.

Просто сопоставление фактов, личное мнение, не претендующее на всеобщность.

Оба портрета Сумарокова – великое достояние русской живописи. Но с позиций достоверности второй решительно уступает первому, где восходящая звезда Лосенко заботливо и уважительно высветила не только значимость поэта и мыслителя, но и его характерные природные черты.

Очевидно гравюра, использованная Рокотовым, была достаточно грубой, в ней отсутствовали полутона, столь естественно передаваемые кистью. Из-за этого в портрете 1777 нет выпуклой мышцы нижней губы, едва заметного перепада между верхней губой и щекой, ямки на подбородке. Зато в избытке бутафория, оправдывающая несходство, – пышный костюм и приметы старения. Сумароков представлен «в сияющей притворной красоте …и бремени одежд», - в том цветистом обрамлении, против которого выступал всю жизнь.

 

P.S. Последовательная кампания забвения Сумарокова распространяется и на судьбу его живописных портретов, как двух главных, так и выполненной Рокотовым авторской копии портрета 1777 года. Ни один не включен в действующие экспозиции, все находятся в запасниках, вне доступа: портрет 1760 г. - в Государственном Русском музее (СПб), портрет 1777 г. - в Историческом музее (Москва), копия с портрета 1777 г. - в Национальном художественном музее Латвии (Рига). Единственное доступное изображение Сумарокова - выполненная И.Г.Зейфертом в 1800 г. гравюра с портрета 1777г. (Исторический музей, Москва).

Комментарии

О Сумарокове, Разине и Пугачеве
Конкурс эссе журнала "Новый мир", посвященный 300-летию А.П.Сумарокова, закончился, да и сам юбилей уже миновал, а мысли некоторые остались. Поэзия Сумарокова для меня крайне тяжеловесна, неизящна и ...