Пример

Prev Next
.
.

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

быть богом легко

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 1190
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

Сегодня моему сыну исполняется год.
Разумеется, это событие малопримечательно для широкой общественности. Но в свете движений чайлд-фри и VHEMT, на планете изнуренной людьми, мне захотелось сказать кое-что о появлении людей новых. 

Я никогда не хотела детей.  Материнство не вписывалось в  мой, пожалуй что, декадентский  идеал женщины - с душевными драмами и травмами, с папироской, порочной привязанностью к абсенту и томиком проклятых поэтов. Меня раздражала  рассеянная благость беременных, неопрятная усталость разрешившихся, с их беседами о молочных смесях и амортизации колясок... Пожалуй, и сами дети никогда не нравились мне. Подобно маркесовскому Буэндию, я считала детство периодом умственной неполноценности, а ребенка – узурпатором, лишающим тебя личности, денег, времени, пространства и мыслей...
Первые  два триместра  я просыпалась  среди ночи от ужаса необратимости своей жизни. Ведь прежде любой выбор можно было  отменить. Можно было  переиграть, загрузить последнюю удачную конфигурацию жизни – развестись,  переехать,  уволиться, сменить  имя, внешность, вероисповедание – не то чтобы мне хотелось это делать, но у меня была такая возможность. Ребенка отменить было нельзя. Это была первая точка невозврата. 

Когда туман рассеялся и новый человек возник, я удивилась тому, как мало  человеческого в нем было. Он не реагировал на мир, ему было совершенно все равно, кто  обеспечивает его пищей, теплом, лаской и светом. Но он как должное  принимал мои дары и жертвы, более того – требовал их. И по какой-то причине я знала, что была ему все это должна. Своим  блуждающим взглядом он словно видел какое-то иное измерение  пространства –  пространства пугающего  и кромешного. Казалось, его глазами на меня  глядит сам первозданный хаос. Это был совершенный  пришелец.   

Но однажды случилось странное – пришелец выхватил меня из своего  хаоса и  улыбнулся. И вскоре окончательно переехал ко мне.  Мы стали видеть одно и то же. А иногда мне даже удавалось взглянуть  на мир через него. Все обрело новизну. Мне стали интересны  травинки, былинки,  бездомные кошки, дождевые черви, следы от автомобильных шин.

Привыкнув  к жизни с пришельцем (который к тому времени стал вполне себе земным человеком), я  произвела инвентаризацию своей личности и обнаружила, что она не так уж пострадала, а в чем-то стала лучше – мягче, терпеливее, выносливее, научилась отдавать, чувствовать чужую боль, как свою. Разговоры о смесях мне по-прежнему не интересны. Я по-прежнему могу делать то, что люблю. Конечно, свободного времени куда меньше, но я научилась использовать его с такой изобретательной эффективностью, что обзавидовался бы сам Цезарь.

И сейчас мой сын сидит на полу и смотрит на меня как на бога, восторженно приоткрыв рот. Оно и понятно, ведь в запасе у меня большой арсенал чудес – одним движением пальца я могу  осветить пространство, заставить воду течь, а музыку звучать, я могу сотворить кашу из порошка,  я умею делать "козу" и стоять на всего лишь одной ноге. 
Наверное, я могла бы быть счастливой и  без него. Я бы много путешествовала и больше зарабатывала,  я бы доучила итальянский и  осилила бы «Улисса». Но я  бы не стала лучше,  и уж совершенно точно не почувствовала себя богом. А еще я бы не усвоила две  азбучные истины. 

1. Ребенок есть чудо. Потому что появляется из ничего.  Устоявшиеся научные мифы о встрече женских и мужских клеток никак дела не проясняют.

2.  Чудо  есть  каждый человек, потому что он был ребенком. Чудом был вор, подлец, предатель, лжец и хам. Был, а потом что-то пошло не так. Но теперь глядя на хама и подлеца, я вспоминаю, что до того, как что-то пошло не так, он был ребенком и смотрел на мир восторженно приоткрытыв рот.

И с этим знанием жить становится легче.

С  днем рождения, сынок!

 

Территория тела. Вступая на  территорию роддома, женщина  перестает быть человеком...

 

 

Комментарии

Листок календаря
Это напомнило мне мой двор в Одессе. Милый, добрый двор. Просыпаешься утром, окна звуко- и солнцепроникаемы, мухи радостно влетают и вылетают, соседи звенят чашками на кухне нашей малокоммунальной ква...
Колодец и маятник
/К 70-летию Победы и к 15-летию "тихой реабилитации" Сталина/, (по мотивам Эдгара Аллана По).  До седин ей снился страшный детский сон: ее отец стоит один над колодцем, на помосте: на нем лиц...
Любовь и война
Отец никогда не рассказывал о войне. Война была на экране, в песнях фронтовых лет, на орденах пожилых мужчин, в учебнике истории, наконец. Мой папа не имел к этому никакого отношения. В этом я была на...
Ангел в окне

Когда мы въехали в новый дом, папа вышел на террасу и сказал:

- А вот здесь я буду летом спать.

На следующий год он умер, уже не помня ни о террасе, ни о доме, ни о ком. Так утверждали врачи.

Силиконовый мальчик
В Тушинском парке, где я имею нерегулярную привычку заниматься спортивной ходьбой, гуляет женщина с коляской. На первый взгляд - обычная мамаша - в зимнем комбинезоне, рассчитанном на длительные прогу...
Жизнелюбие как форма равнодушия
Сегодня думала о том, что я все-таки чертовски люблю жизнь. Не свою конкретную жизнь, как систему быта, социальных связей и сумму мировоззрений (хотя все это тоже бесконечно приятно), а жизнь в самом ...
К антропологии Петербурга
Длительное воздержание от Петербурга (род аскезы для московского человека) провоцирует на мысли о нём. Петербург, думается, наилучшим образом выражает идею города именно потому, что «искусственный» и...
К самопрояснению
(Хроническое) чувство своей недостаточности, по существу, навязчивое стремление расти-расти-расти – явно от страха смерти, от тоски её. Это их приемлемая для самолюбия маска. Кажется: если я буду ещё ...
Юри́ко
 Юрико – вечно юная, побеждавшая не раз сложнейшие болезни, жизнерадостная…  Eё последним желанием было покоиться в Святой земле. В новой вере она обрела себя, и это дало ей силы превоз...
Август
В воздухе ещё привкус августа. Он наворачивается на небеса, и они нет-нет да и всплакнут по недавней беспечности летней. На всём лежит вуаль прощаний – на цветах, траве и листве, на сонных насекомых, ...