Пример

Prev Next
.
.

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

Неисцелимый поэт и неисправимое государство

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 410
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

 

Посчастливилось недавно встретиться с Валентиной Платоновной Полухиной, известным исследователем творчества Иосифа Бродского, знавшей его еще при жизни. Два рассказанных ей случая так отчетливо контрастируют друг с другом, что, на мой взгляд, представляют собой довольно очевидный ответ на вопрос, бросает ли государство «своих» и кого оно «своими» считает.

 

-Вы говорили, что Вы были на открытии мемориальной таблички Бродскому на Набережной Неисцелимых?

-Да, это было время, когда Медведев был премьер-министром? Или президентом?

-Президентом он тоже был.

-Его жена, Светлана, организовала вместе с мэрией города Венеции открытие памятной дощечки на Набережной Неисцелимых. Я была приглашена. Не знаю, кто составлял списки, но, в общем, меня включили. А я в это время сражалась с мэрией Санкт-Петербурга за то, чтобы первую жену сына Бродского с детьми, то есть, с тремя внучками Бродского, не выселили из центра Санкт-Петербурга на далекую окраину. Яков Гордин писал [в их защиту], кто-то еще из известных писателей...ничего не получалось. И я, я тоже написала. Была еще Матвиенко губернатором, но ответил мне её заместитель: «Нам безразлично, чьи они внучки». И когда они долго не соглашались выезжать, их подожгли. Бросили что-то горящее в окно, и если бы у них не было собаки, они бы сгорели. Собака их разбудила вовремя.
И я написала Светлане Медведевой. Думала, вот, у меня будет случай ей вручить это письмо лично. И мне повезло. Буквально за два дня перед отъездом Принц Майкл Кентский звонит. До этого его секретарь мне писала, что ему нужна цитата для речи. Я ему нашла нужную цитату из «Евгения Онегина». И он звонит - «Послушайте меня, правильно ли я произношу». Я его прослушала, сказала: «Прекрасно, ставлю Вам пятерку» и говорю, что я послезавтра улетаю в Венецию на церемонию открытия мемориальной доски Бродскому, там будет Светлана Медведева. Он говорит: «Передайте ей поклон». Значит, он лично с ней знаком. И я на этом приеме (после или перед открытием дощечки, там был прием) пыталась вручить свое письмо Светлане Медведевой. Меня близко не допускают: везде стоит охрана. Обычные люди, но только приблизишься, тебя отталкивают. Светлана стояла там, с кем-то говорила, я кричу: «Светлана Владимировна! Я привезла Вам из Лондона поклон от Принца Майкла». Она всех раздвинула, «Как, как?». Сказала ей это и вручила ей письмо. Ни ответа, ни привета, ничего. Их выселили. Внучек Бродского-таки выселили, вот.

-Такая типичная русская история.

-Да, типичная русская история.  Я была на этом приеме на Набережной Неисцелимых во время открытия, и такой вот был шанс, вручила ей письмо, но никакой реакции. Этот дом в центре Петербурга покупал какой-то олигарх. И из-за каких-то внучек Бродского никто не хотел с ним ссориться.

А вот совсем другая история:

-Создается музей Бродского и современной поэзии. Но до сих пор не могут выселить одну женщину, и все задерживается, приходится [организовывать] выход совсем с другой стороны, со двора и, опять же, почему город не помогает? Есть музей Вознесенского, есть музей Окуджавы. Евтушенко свой собственный музей организовал. Почему у самого большого поэта второй половины 20-го века нет музея? Почему город, если он может выселить внучек Бродского, не может эту женщину выселить, а?

-Эта женщина поразительно стойкая. Я помню, что лет пять назад была та же ситуация.

-Да, да, да. Я подозреваю ( и не только я), что она кгбшница бывшая. Если она кгбшница, значит, она свой человек и её не могут выселить. Это единственная причина, почему её не могут выселить. Ей предлагали всяческие деньги. А она говорит: «Я хочу жить в музее». То есть, она еще и хочет знать, что в музее происходит. Профессиональная шпионка. Крепкая, да.


-Это все объясняет.

-Другую причину трудно придумать. Город все может. Он может ей предложить другую, хорошую квартиру. Зачем жить в одной комнате, в музее, где будут бесконечные шумы, приходить люди. Все, что с Бродским связано — непросто. С одной стороны, он сейчас как бы на знамени. Национальный, великий русский поэт, с другой стороны, по конкретным делам все время ставятся палки в колеса. Палки да препятствия. Бюрократия для того и существует. Ей чтобы оправдать свое существование, надо что-то делать. Проявить какую-то активность.



Все это довольно предсказуемо, и мало кого удивит. Но прецедент, во-первых, должен быть задокументирован. Во-вторых, непонятно, почему произвол власти по отношению к потомкам Бродского не вызвал должного общественного резонанса, при том, что Бродский — один из самых популярных поэтов не только в среде интеллигенции, но и среди остальных россиян. Верю, что писать об этом сейчас, через столько лет после открытия памятной дощечки и самого выселения — все еще не поздно. Не бывает поздно ратовать за справедливость. Тем более, Фонд Музея Бродского все еще нуждается в помощи.

Привязка к тегам Венеция Бродского

Комментарии

Иосиф Бродский. Тесей в лабиринте Венеции
Карта Венеции 1500-го года. Чтобы перейти к интерактивной карте "Бродский в Венеции" - перейдите в конец публикации   В 1967-м году Иосиф Бродский написал стихотворение, которое называлось «По...