"Восемнадцать минут до заката", -
говорит приложение на телефоне
по минуте на строку сонета
и еще четыре минуты
на пробел после каждой stanza
(на танец anxiety, то есть, агонии)
но ты опять все перепутал
выронил все слова, рассыпал их по паркету
then dissipated yourself
and rejoiced in the pieces scattered

Вот уже несколько лет я слушаю русскую классику с акцентом: английским, китайским, итальянским, польским, и так далее, всех не упомнить. И каждый раз с текстом происходит занятная трансформация, неизбежно напоминающая об остранении Шкловского. Если писатель способен нарушить читательский автоматизм восприятия, то как нарушить тот же автоматизм в восприятии аудиторией самого писателя и его текста, вошедшего в канон?

«И мне посчастливилось узнать, что можно день за днем ходить на свиданья с куском застроенного пространства, как с живой личностью»
Б. Пастернак

«Ночной Лондон…» - начни внутренний монолог и осекись. Совсем он не ночной, просто рано начинает темнеть. Well, what is the difference if it’s day or night as long as it’s dark. Isn’t time a matter of perception?

***

Люди с фенотипом Эдипа

убегают из дома, пока не поймали родители.

Сыплются через сито

исполосовавших планету дорог.

Martin Eden goes down

Море приняло тебя как свою

полноправную жертву. Как сына. Мартин, ты уходишь ко дну,

захлебываешься словами. Мартин, ты выбрал не ту

цель. Не ту женщину,

***

Выцеди душу, дай отстояться

(первую сотню попыток сожги).

Выноси дочь — комбинацию

слов. Переживи этот день. Перепиши стихи.

Посчастливилось недавно встретиться с Валентиной Платоновной Полухиной, известным исследователем творчества Иосифа Бродского, знавшей его еще при жизни. Два рассказанных ей случая так отчетливо контрастируют друг с другом, что, на мой взгляд, представляют собой довольно очевидный ответ на вопрос, бросает ли государство «своих» и кого оно «своими» считает.

Карта Венеции 1500-го года.

Чтобы перейти к интерактивной карте "Бродский в Венеции" - перейдите в конец публикации

В 1967-м году Иосиф Бродский написал стихотворение, которое называлось «По дороге на Скирос»:

Я покидаю город, как Тезей —

свой Лабиринт, оставив Минотавра

смердеть, а Ариадну — ворковать

в объятьях Вакха.

(http://brodsky.ouc.ru/po-doroge-na-skiros.html)

Базаров в 10-е годы XXI века

Я - забытый Базаров, изгнанный из страны

исчезнувших нигилистов. Из страны,

что променяла меня на крест.

Да!

***

Голоса за стеной -

видели мир другой.

Но мир мой

огранен

стеной

и тверд,

как якутский алмаз

Упомянув о внешнем проявлении двойственности, не могу не заговорить и о некой внутренней раздвоенности японского народа. С одной стороны, как уже было сказано, это люди исключительно воспитанные, придающие огромное значение соблюдению формальностей. Эта особенность отражается даже в японском языке, где существуют разные формы одних и тех же слов для разговорного, вежливого и формального стилей. Японцы также консервативны, их общество патриархально, а отношение к браку — дань традициям (около 30% браков до сих пор заключаются после омиаи, сватовства, организованного родителями).

Полтора года назад абсолютно случайный разговор послужил поводом для покупки билетов Москва, Домодедово — Токио, Нарита. Хоть и прошло уже много времени, это приключение, в отличие от многих других поездок, осталось ценнейшим воспоминанием, не отпускает и наводит на различного рода размышления: снова и снова.

Но перед тем как переходить к некоторым выводам, стоит, пожалуй, объяснить, что именно это была за поездка и чем она отличалась от обычного туристического отдыха.