Пример

Prev Next
.
.

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

"Все говорят"

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 58
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

Из мультимедийного проекта "Такая английская история"

Все совпадения описываемых событий с реально имевшими место, как и совпадения имен, безусловно, случайны, как и всё в истории.

*    *    *  

"Все говорят" 

http://snob.ru/i/indoc/user_28097/f576f6a208206e2b74fc38a9d036bb4e.jpghttp://snob.ru/i/indoc/user_28097/fa570fb1f9dc2eed882ef5e91eae95af.jpg

 

Вильгельм Оранский (Вильгельм III и Мэри II) – годы правления 1689 - 1702

 

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Добро пожаловать на наше ежевечернее ток-шоу «Все говорят»! Сегодня тема нашей программы «Дети, выгнавшие родителей с престола». Как обычно, в этой истории все не однозначно, у каждого из наших героев есть своя правда. Мы дадим возможность высказаться всем. Судить, кто прав, вам, дорогие телезрители! Итак, мы начинаем ток-шоу «Все говорят» и приветствуем в нашей студии короля Англии Якова II…

 

(Аплодисменты, Яков II с недовольным видом входит в студию и садится на диван)

 

Или… бывшего короля Англии?

http://snob.ru/i/indoc/user_28097/79da9c1140a7975b3a6b735b1a68a7b1.png

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Ну да, если подходить философски… И все же, вы расскажете нам, что случилось?

 

ЯКОВ:

 

Предательство, обман, коварство.

 

ВЕДУЩИЙ (потирая руки):

 

Ужасно, ужасно… Продолжайте, пожалуйста.

 

ЯКОВ:

 

Я правил славно, правил праведно.

 

ВЕДУЩИЙ:

 

И долго, если не ошибаюсь…

 

ЯКОВ (несколько теряясь):

 

Ну да, три года…

 

ВЕДУЩИЙ (недоуменно заглядывает в сценарий):

 

Извините, это из прошлой программы. Но важен не срок, важна судьба! И что же случилось?

 

ЯКОВ:

 

Да вот, как вы сказали, дети. Было у меня две дочки – Мэри и Анна. А сам я был католик, что у нас в Англии в мое время королям было нельзя. И вот брат мой, Карл II, запретил мне признаваться, что я был католик, и обеих маленьких дочерей приказал воспитать протестантками.

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Зачем же вы послушали его? Неужели вы не смогли ему возразить?

 

(в прорези занавеса появляется голова Карла II): 

 http://snob.ru/i/indoc/user_28097/b77fa080b426a2c90f0b5a4dcf09819b.png

  

(Услышав голос брата, Яков втягивает голову в плечи. В этот момент голова Карла II отрывается и падает на пол. Она оказывается из папье-маше, в прорези занавеса видна голова Ярмольника)

 

ЯРМОЛЬНИКЪ:

 

Ой.

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Ах-ха-ха. М-да. Мы все понимаем, что бюджеты нынче ограничены, поэтому в некоторых местах передачи мы используем реконструкцию.

 

ЯРМОЛЬНИКЪ:

 

Я застрял.

 

(Ведущий невзначай проходит мимо него и быстрым ударом локтя в глаз выталкивает голову Ярмольника из прорези. За занавесом слышен вой Ярмольника. Одновременно ведущий элегантным движением ноги закатывает голову Карла II под диван)

 

ВЕДУЩИЙ (Якову):

 

Гхм. Вернемся к теме. Итак, дочка Мэри, сколько я понимаю, просто-таки скинула вас с престола.

 

ЯКОВ (горестно):

 

Плод чресел моих оказался гнил!

 

ВЕДУЩИЙ (разворачиваясь к залу):

 

Гнил или не гнил, дорогие зрители,– решать вам! Прошу приветствовать - Мэри II!

 

(Аплодисменты. В зал входит Мэри II в шикарном королевском плаще. По залу прокатывается восхищенное «аааах». Мэри, сокрушенно качая головой, садиться на соседний с отцовским  диван)

 

 http://snob.ru/i/indoc/user_28097/e9d5406e0561d7f5893e43f3d6a5fdbb.jpg

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Мэри, что вам есть сказать в свое оправдание?

 

МЭРИ:

 

И это вы спрашиваете у меня? Мне в оправдание?! В 1677 году этот с позволения сказать «отец» отдал меня насильно замуж! Более того, за моего же двоюродного брата – Вильгельма Оранского, Верховного Правителя Нидерландов! Буквально вышвырнул из родного дома! Мне было всего пятнадцать лет! Я плакала, я рыдала, я умоляла отца не делать этого, а он…

 

(вытирает навернувшиеся слезы)

 

ЯКОВ (смотрит вокруг бойко):

 

А что такого-то? Пятнадцать лет – пора!

 

МЭРИ (в жесте страдалицы протягивает к залу руки):

 

Вы видите? Вот вам папочка! Он вам и помоложе кого увидит, скажет - пора! Вот они какие, католики! И меня же обвиняет!

 

ВЕДУЩИЙ (делает предостерегающий жест):

 

В нашей программе мы проявляем уважение к любой вере. (через паузу) Ну, кроме диеты Высоцкой (слишком высокий рейтинг) и еще одной... забыл…там где надо резать куриц, мне не нравится.

 

ЯКОВ (раздраженно):

 

Он был нормальный мужик, Мэри! Пока ты его не испортила, дурное семя!

 

МЭРИ:

 

От дурного сеятеля слышу! Выдал замуж за коротышку.

 

ЯКОВ (пожимает плечами):

 

Зато в плечах был широк. И богат несметно. Ты знаешь, что он был богаче почти всех в Европе?..

 

МЭРИ (издевательски качает головой):

 

О! Вот вам католики.

 

ВЕДУЩИЙ (напоминает):

 

Мы критикуем только ту веру, где режут куриц…

 

МЭРИ (отмахивается):

 

Да оставьте вы ваши куриные фобии! У них ни грамма совести, одно золото на уме… «Вильгельм был богат»! Вильгельм был урод уродом, старше меня на 12 лет, да еще кашлял все время, как припадочный, и телом был весь скрученный, как канат. А мне было пятнадцать. (в негодовании) Пятнадцать!

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Тогда я должен позвать в студию очередного гостя программы! Тот, кого вы, уважаемая Мэри, только что приложили уродом. Приветствуйте, в студии – Вильгельм Оранский!

 

(Аплодисменты, выходит Вильгельм Оранский)

 

 http://snob.ru/i/indoc/user_28097/3dca443d58255adf6d25a352da86e928.png

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Вы что-то больно красивый.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

Приукрасили визажисты.

 

(Мэри подбегает к Вильгельму, обнимает его, оба садятся в обнимку на диван, воркуют)

 

 ВЕДУЩИЙ:

 

Я что-то не понимаю… Мэри, вы тут говорили…

 

ЯКОВ (сопит):

 

Вот, она всегда так!

 

МЭРИ (отрывается от Вильгельма):

 

Стерпелось, слюбилось.

 

ВЕДУЩИЙ (досадливо):

 

Как славно.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (обнимая Мэри):

 

Да нет, она правду рассказывала. Поначалу-то, помню, все плакала да отговаривалась, что устала или что там… по женской части. Я-то думал, я ее умом возьму, и еще тем, что был славный герой среди Протестантов. Лидер соединенных штатов Нидерландов (ну, по правде сказать, микроскопических штатов), но зато мы саму Францию напинали!

 

ЯКОВ (едко и тихо):

 

В ваших мечтах…

 

МЭРИ (счастливо):

 

Ах, как я тогда была несчастна! А как я плакала на свадьбе, помнишь? (целует нежно Вильгельма), плакала всю дорогу в Голландию, плакала все первые годы в твоем дворце... 

 

(Вильгельм и Мэри не могут больше сдерживаться, целуются страстно, шарят по телу друг друга руками)

 

ВЕДУЩИЙ (тревожно):

 

Эй-эй! Мы относимся терпимо к любому проявлению чувств, но только до момента, когда видно нижнее белье.

 

МЭРИ (мечтательно):

 

Я говорила, он был на двенадцать лет меня старше, он привык, чтобы его слушались… Приходил ко мне в комнату к ужину и требовал, чтобы я не утомляла его расспросами, а развлекала его, придумывала ему шутки, чтобы возродить в нем «радость жизни». Я была покорна…

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (ласково гладит ее волосы):

 

…но тупа, как пробка, и вовсе не ровня моему интеллекту.

 

МЭРИ (смотрит на него восторженно):

 

А ты, гад, завел любовниц.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

Всего лишь куртизанок, чтобы было с кем почистить мозг. Ты попротестовала, попротестовала, и смирилась.

 

МЭРИ:

 

Кстати, я потом некоторых из этих девиц полюбила и сделала своими подругами. И кое-что у них переняла.

 

ЯКОВ (желчно):

 

Вот вам протестанты!

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (любовно щиплет Мэри за щеку):

 

Ах, ты хитрюга! То-то мне становилось все с тобой лучше и лучше.

 

МЭРИ (кладет ему голову на плечо):

 

А мне с тобой.

 

(вдруг громко поют) 

 http://snob.ru/i/indoc/user_28097/793264880563b3eb79c875359c9fe2e8.png

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ВЕДУЩИЙ (недовольно):

 

Мы тут не для того собрались, чтобы любить. Вы, Мэри, не забывайте, вместе со своим мужем вы лишили трона отца.

 

ЯКОВ (плаксиво):

 

Да-а…

 

МЭРИ (Якову задорно):

 

А зачем ты принял католичество? Вот зачем?

 

ЯКОВ (гордо выпрямляется):

 

«Затем, что ветру и орлу,

 

И сердцу девы – НЕТ ЗАКОНА!»

 

(кашляет, смущаясь)

 

Ну, то есть, в принципе, сердцу. А коли бы не брата приказ, и ты была бы католичкой.

 

МЭРИ (решительно):

 

Ни-ко-гда!

 

ЯКОВ (передразнивает):

 

«Ни-ко-гда». Как дал бы по попе, так и стала бы.

 

(Мэри презрительно шипит и прячется в объятьях Вильгельма)

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

Ну, по-правде, дядя, кто вас мог терпеть в Англии с вашим католичеством, да еще с вашей женой католичкой, этой, как ее.. Марией из Модены.

 

ЯКОВ:

 

Папрашу не оскорблять!! 

 http://snob.ru/i/indoc/user_28097/0842df45eb6f5fa1b016aa3e4f5b28b5.jpg

 

 

 

 

 

 

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (удивленно):

 

А что оскорблять? Ее так звали.

 

ЯКОВ (успокаивается):

 

А да, правда.

 

ВЕДУЩИЙ (Якову):

 

Но все могло кончится мирно. Мэри была законной наследницей английского трона….

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (целует нежно Мэри):

 

Да, овечка моя. Потому я, собственно, на тебе и женился.

 

(Мэри нежно целует его в ответ)

 

ВЕДУЩИЙ (потирая руки):

 

И все было бы хорошо! И вы бы, Яков, никогда не узнали бы о неожиданных свойствах характера вашей дочери! Но тут жена ваша, та самая Мария из Модены, родила сына!

 

ЯКОВ (вскидывается):

 

Папра… А да, родила.

 

ВЕДУЩИЙ:

 

И сына вы бы уже протестантам не сделали, вырастили бы католиком. Ведь так?

 

ЯКОВ (согласно кивает):

 

Всяко.

 

ВЕДУЩИЙ (коварно):

 

Значит Мэри, после рождения у вас сына, теряла первенство на наследование трона.

 

ЯКОВ (вертит головой, пожимает плечами):

 

Да ну и что такого?

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (кивает с усмешкой на Якова):

 

Смотри, дурачка включил. Я уже и в Англию несколько раз съездил, со всеми нужными людьми поговорил, обо всем условился, и тут на тебе. Сначала всем пообещал, всех обнадежил, а потом кинул. И свой народ, между прочим.

 

ЯКОВ (недовольно):

 

Чуть что, так сразу народ.

 

ВЕДУЩИЙ (тревожно оглядывается):

 

О народе либо хорошо, либо ничего.

 

(Все на несколько секунд торжественно замолкают)

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (первый не выдерживает):

 

А я, между прочим, тоже стоял в очереди на английский престол! Даже и без Мэри.

 

ЯКОВ (презрительно фыркает):

 

Десятым номером.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (в запале):

 

Зато я был номер первым в списке врагов Франции! Одно это уж делало меня лучше вас в сто раз для англичанин.

 

ЯКОВ:

 

Вот погоди, сбросят тебя самого, тебе и бежать-то некуда будет.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

А вы, дядя, не каркайте.

 

ЯКОВ (состроив гримасу):

 

КАР!

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (отмахивается):

 

Больной.

 

(Все это время ведущий сверяется со сценарием и согласно на все реплики кивает)

 

ВЕДУЩИЙ (Мэри):

 

Но мы совсем позабыли о вашей сестре, Анне!

 

МЭРИ:

 

Ах, да, Анна. Она оставалась в Англии. Я писала ей из Голландии нежные письма, и она отвечала мне. В первые годы замужества с этим уродом (ласково делает «сливку» Вильгельму) сестра поддерживала меня. А я посылала ей в Лондон вышитые собственноручно, собственными руками, ручной работы … эти…рушники.

 

ВЕДУЩИЙ (поднимает руку):

 

Я перебью вас, потому что нас ждет еще один сюрприз! Мы потратили много денег и разыскали вашу сестру Анну. Сегодня она у нас в студии!

 

(Аплодисменты. Из за занавеса выходит Ярмольникъ, одетый в русскую женскую одежду, в парике с русой косой, сидящем набекрень. Оступается, падает, парик слетает с головы).

 

ЯРМОЛЬНИКЪ:

 

Фу, черт.

 

ВЕДУЩИЙ (закатывает глаза, громко залу):

 

Шутка! Маленькая интермедия!

 

(шипит Ярмольникъу)

 

Пил? Какого черта, вообще? Что за наряд?

 

ЯРМОЛЬНИКЪ (поднимаясь на ноги, отряхиваясь и подбирая парик):

 

Пардон! Это что не "Царевна-лягушка"? Сей момент переоденусь.

 

ВЕДУЩИЙ (шипит):

 

Иди домой! И не возвращайся больше! 

 

(Ярмольникъ горестно качая головой и зажав парик под мышкой, уходит со сцены)

 

ВЕДУЩИЙ (мрачно):

 

Анны не будет.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (через некоторое время):

 

Давайте тогда я вам еще про себя расскажу.

 

ВЕДУЩИЙ (садится на куб, вытирает пот с лица):

 

Давайте.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

Я ведь еще не затронул тему Людовика XIV, и как я его ненавидел. Вот как я его ненавидел! (показывает, как он ненавидел Людовика XIV). Я с ним начал воевать еще подростком. Мне еще не было двадцати, а я уже был Капитан-Генералом и Адмирал-Генералом.

 

(Ведущий, Мэри и Яков смотрят на него озадаченно).

 

Что смотрите? Сверьтесь в Википедии – Captain-General и Admiral General!

 

ВЕДУЩИЙ (пожимает плечами):

 

Ну, раз в Википедии. Просто звучит смешно.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (супит нос):

 

Вам смешно, а я с 1672 года с французами воюю, шесть лет этого урода Людовика сдерживал, защищал Нидерланды и снискал славу.

 

(в студии появляется Людовик XIV в женском русском сарафане. Это переодетый Яромльникъ)

ЯРМОЛЬНИКЪ

Я не урод.

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Спорно.

 

(Делает знак охранникам, они заламывают Людовику XIV руки за спину и уводят за занавес)

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (провожая Людовика взглядом):

 

Просто я к тому, что мне, имея Англию, гораздо сподручнее было бы воевать с Францией. Вот затем только мне Англия и нужна была.

 

ЯКОВ (насмешливо тянет):

 

Ка-ане-ешна!

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (сухо):

 

Скажи-ка, дядя… А впрочем, не так: мой дядя… Нет, опять ерунда. Вы, дядя, под конец жизни, были это, «тю-тю» (вертит пальцем вокруг виска)

 

ЯКОВ (оскорблено):

 

Кто это был «тю-тю»? Кто был «тю-тю»?!

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:(ведущему):

 

Тут охрана еще осталась? В случае, если забуянит?

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Подведен брандспойт с холодной водой.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

Если брандспойт, тогда скажу! Вы как будто не помните, дядя: от вашего правления такой бардак в Англии наступил, что в 1688 году Франция во главе с этим вон (кивает на занавес) уже собралась вас завоевывать! А с королем-католиком и франкофилом защищаться Англии от французов было совсем не ком-иль-фо. И вот тут-то благородные люди Англии, истинные патриоты послали мне приглашение. Я долго думал…

 

МЭРИ:

 

Секунд восемь…

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

И не восемь, а больше. Один флот огромный построить сколько времени заняло. Двести судов должны были перевезти через пролив двадцать тысяч войска и восемь тысяч лошадей (а еще жратвы для войска и лошадей, и мою маленькую пушечку). Никто до меня со времен аж Вильгельма Завоевателя (то есть с XI века) не делал на остров такой заплыв.

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Испанцы, кажется, делали. Филипп II с армадой.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

Испанцы не в счет. Они не доплыли, растяпы. А мы доплыли. Правда, не с первой попытки. Вообще навалилось! Сначала полезли французы опять, отвлекли, потом астма моя разыгралась. Потом поплыли вроде, - но опять не слава богу, нас разбросало штормом, и мы через неделю вернулись домой. Но потом, через несколько месяцев, огромной силищей...

 

МЭРИ (насмешливо машет рукой):

 

Да какой силищей, я тебя умоляю! Скажи ты правду, что ты мутишь! Сейчас-то что скрывать - все умерли. (залу) В-общем, все шло ни шатко, ни валко. Авантюра была мужнина чистой воды. К осени 1688 года даже большие деньги его закончились, и все предприятие повисло на волоске. Солдаты боялись штормов, и, поскольку нашествие оттянулось до ноября, дезертировали пачками. Корабли вышли в море наполовину пустые, а солдаты наполовину без оружия.

 

(через паузу, поворачиваясь к мужу)

 

Но зато, помнишь, как нежно мы с тобой прощались, когда ты отправлялся завоевывать Англию?

 

(тянется к нему, целуются)

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

Я еще сказал тебе, что если погибну, чтобы ты снова выходила замуж (но не за католика).

 

МЭРИ:

 

А я сказала: никогда, никогда я не выйду замуж больше! А тем более за католика.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ:

 

А я сказал…

 

(Ведущий зевает)

 

ЯКОВ (возмущенно):

 

А я вам не мешаю? Ты этого предателя отправляла скидывать с трона отца!

 

МЭРИ (холодно):

 

Погрязшего в грехах и предавшего интересы Англии католика.

 

ЯКОВ:

 

Ах, так! (обращается к ведущему) Тогда позвольте я приведу одно свидетельство. Леди Черчиль (Lady Churchill), подруга и фрейлина моей второй (лучшей) дочери Анны писала в дневнике…

 

ВЕДУЩИЙ (радостно):

 

Давайте, давайте, пора остановить поток этой сахарозы.

 

ЯКОВ (достает из камзола скомканы листок, разворачивает, читает):

 

«Чуть только въехала леди Мэри в дворец Вайтхол в Лондоне, как принялась, как оглашенная, бегать по комнатам, не в силах сдержать своего восторга и счастья. И в каждый-то ящичек сунула нос, и каждую шелковую простынь попробовала на ощупь, - и вела себя ровно так, как ведут себя простые люди, попав в богатый гостиничный номер».

 

МЭРИ (краснеет, в возмущении):

 

Это была игра! Я вовсе не была счастлива! Я делала вид!

 

ЯКОВ (удовлетворенно складывает и убирает листок):

 

Ну, конечно! Еще скажи, что тебе не хотелось быть королевой. Даже верные вам людишки, и те качали головами – не хорошо так радоваться падению отца. 

 

МЭРИ (яростно):

 

Я не вру! Мне, действительно не хотелось становиться королевой! Я всю жизнь потом говорила, что не хотела! Я думала, буду регентшей при муже, но парламент… Вечно этот Парламент! И вдруг получилось так, что мы с Вильгельмом сели на трон вместе.

 

ВЕДУЩИЙ (качает головой):

 

Такого никогда до того на острове не было. Чтобы король и королева имели равные полноценные права суверенов...

 

МЭРИ (плачет):

 

Я не хотела… 

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (гладит ее по волосам):

 

Но ты была хорошей королевой, мой птенчик.

 

МЭРИ (утирает слезы):

 

Я старалась. Но… все равно же ничего не вышло.

 

ЯКОВ (злорадно):

 

Это вас бог покарал.

 

МЭРИ (зло):

 

Это был твой неправильный бог, папенька!

 

ЯКОВ (озадаченно смотрит в потолок, потом догадывается, что ответить):

 

Твой - вам не помог. Значит, мой правильный.

 

МЭРИ:

 

Если твой правильный, почему он тебе  не помог вернуться на трон?

 

(Яков вконец озадаченный замолкает)

 

ВЕДУЩИЙ (миролюбиво):

 

Правильный – любой бог, кто не режет куриц и не готовит по Высоцкой (потому что у нее высокий рейтинг)… Но зрителям интересно знать, что же случилось дальше?  

 

ЯКОВ (бодро):

 

А что случилось? Я бежал во Францию. Эти двое решили совместно короноваться, но я (усмехается) подложил им кучку. Высадился с Французами в Ирландии прямо накануне коронации! Что тут у них началось! Забегали, засуетились, забоялись! Коронацию стали задерживать, будто ваши нынешние авиарейсы, на час, на два часа, на пять, -  гости все разбежались. Никакой атмосферы. Куча церемониальных ошибок при процедуре в Вестминстерском Соборе, потом на банкете мрачные предзнаменования. Бог шельму метит!

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (мрачно):

 

А зато мы тебе потом в Ирландии уши надрали.

 

ЯКОВ (не обращает внимания):

 

Метит, метит… И англичане мои быстро разобрались, что к чему. И в тебе, Вильгельм, разочаровались! Наводнил ты двор своими голландцами, всем они стали поперек глотки! Я-то мно-ого, много писем получал с острова от верных людей, и читал их по вечерам, покуривая трубку перед камином в своем дворце во Франции. Многие в твоей свите тайно поднимали в Англии тосты за «короля за водой» (“the king over the water”).

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (недовольно):

 

Признаюсь, я недооценил этот ваш Парламент. Вот уж глупое изобретение. Лез он все ко мне, лез, всю душу вымотал – их много, я один. И то этому Парламенту дай, и это, и тут себя ограничь, и там. Я уж, признаться, грешным делом, думал в какой-то момент корону сдать и дунуть обратно в Голландию.

 

ЯКОВ (торжествующе):

 

Мне все, все это докладывали. А еще вот что. Что ты такой двор в Лондоне устроил, что хоть вешайся со скуки. Вы вскоре вовсе уехали оба из Лондона в Хэмптон Корт, отгородились от всех! Эх, то ли дело мы с братом в свое время гуляли!

 

МЭРИ (защищая мужа):

 

Да не скучно мы жили! Я научилась кружева плести.

 

(Яков в красноречивом молчании поворачивается к залу)

 

МЭРИ (утешая мужа):

 

Тут все дело в нашей нации, Вильгельм. Ну, не любим мы чужаков. Хоть каких. Нам улитка в английском пруду родней, чем француз. Конечно, не родней, чем голландец-протестант. Но лиса уже опять родней и протестанта.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (гладит ее по волосам):

 

Ах, хорошо, что ты у меня была. Тебя они, в конце концов, даже больше моего слушались. И командовать ты вдруг принялась, не хуже генерала, когда я уезжал… И взяточников наказывала.

 

МЭРИ (льнет к нему):

 

А все-таки, когда ты уезжал, я по тебе скучала. «Мое нетерпение получить от тебя еще весточку так же велико, как моя любовь, которая не пресытится, пока бьется во мне сердце».

 

ЯКОВ (издевательски):

 

Бе-бе-бе!.. Как жалостно! Только сестра Анна почему-то с тобой быстро рассорилась, стоило тебе сесть на трон.

 

ВЕДУЩИЙ (взмахивает руками):

 

А сейчас сюрприз!..

 

(оглядывается на занавеску, вспоминает)

 

А, черт.

 

МЭРИ:

 

Анна слишком много власти давала своим дворовым – Саре и Джону Черчиль (Sarah and John Churchill). И потому с 1692 года мы как с ней поссорились, так больше не виделись.

 

ЯКОВ (злорадно):

 

Зато я виделся. Все вас покинули, все.

 

МЭРИ:

 

Вот потому что ты такой злой, я тебе во Францию даже одежду твою из дворца  не послала, как ты просил. Хотя, чуть было не дрогнула рука.

 

ЯКОВ:

 

Эх, камзольчик там был один… Я еще злей после того стал.

 

МЭРИ (качает головой):

 

Ох, как ты радовался, наверное, когда я в 1694 году умерла от оспы!

 

ЯКОВ (неожиданно):

 

А я вовсе не радовался.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (гладит Мэри по волосам):

 

А как я горевал!

 

ЯКОВ (гордо):

 

Это я вас познакомил.

 

ВЕДУЩИЙ (возвращает к теме):

 

Вам, Вильгельм, без Мэри стало совсем тяжко править Англией.     

 

ЯКОВ:

 

Да, стало тяжко. Сколько раз я снова хотел отречься! Однажды даже текст отреченья написал.  Но уж очень хотелось исполнить мечту – побить Людовика XIV!

 

ВЕДУЩИЙ:

 

Ну и как? Побили?

 

ЯКОВ (на миг радостно):

 

Побил! Мы объединились с Голландией, а тут еще к нам примкнул Император Священной Римской! И мы как дали им! Людовик вынужден был отдать нам много территорий, много выплатить, а наш флот стал контролировать Средиземное море!

 

ВЕДУЩИЙ (вкрадчиво):

 

И что же, счастье пришло?

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (растерянно):

 

Счастье? После победы на меня опять насел Парламент и заставил распустить пол-армии. Отправить обратно в Голландию мои любимые голубые мундиры… (вздыхает) Нет, счастье не пришло. Парламент стал опять приставать с глупостями, а я стал много…пить.

 

МЭРИ:

 

И здоровье у тебя испортилось. Я смотрела оттуда.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (уныло):

 

Испортилось. Я похудел. Ноги распухли. Я все время кашлял от астмы.

 

(Мэри гладит ему волосы)

 

А раз я поехал на лошади, она оступилась и скинула меня. Что-то сломал, пошла инфекция, и я умер 8 марта 1702 года. Мне было 52 года.

 

ЯКОВ (примирительно):

 

А я умер еще раньше, во Франции, в 1701 году. Но тебя хотя бы похоронили в Вестминстерском Аббатстве.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (машет рукой):

 

А! Никто даже не оплакивал. «Спаситель протестантской веры». Кому я оказался нужен? На похоронах было всего несколько человек.

 

ЯКОВ:

 

Ко мне тоже не ломились.

 

ВИЛЬГЕЛЬМ (горестно):

 

И ради чего все это было?

 

ЯКОВ (еще горестнее):

 

Ради чего?

 

ВЕДУЩИЙ (громко):

 

Я вам скажу, ради чего! Чтобы никогда не иссякали ... темы у нашей программы! Чтобы каждый вечер мы могли собираться у экранов телевизоров и вновь выслушивать поучительные людские истории в программе «Все говорят!» До новых встреч!

 

(не успевает выключить микрофон):

 

Скажи Ярмольнику, что он уволен.

 

Комментарии

No post has been created yet.