Король, который не смеялся - Блог

Пример

Prev Next
.
.

Игорь Фунт

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

Король, который не смеялся

Добавлено : Дата: в разделе: жизнь как приключенческий роман
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 122
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

21 мая 1527 года родился Филипп II (1527—1598), король Испании из династии Габсбургов. Сын и наследник императора Священной Римской империи Карла V. Также к 430-летию со дня выступления «Непобедимой Армады» в Англию.

Религия — лишь уловка, служившая испанскому королю законным поводом для высадки в Англии. Для вражды между Англией и Испанией были причины поважнее.

Могущество Испании целиком и полностью держалось на золоте, серебре и драгоценных камнях, которые десятками тысяч тонн вывозились из её заморских колоний. Благодаря этому импорту вся испанская аристократия купалась в роскоши. На золото покупались необходимые товары за границей, так как из-за того же дармового металла не было совсем никакой надобности развивать собственную промышленность.

Золото и драгоценности шли на содержание огромной армии наёмников, ими же оплачивались беспрерывные войны и прочие внешне- и внутриполитические акции. Для того же, чтобы этот неоценимый источник не иссякал, Испании нужен мощный флот, который перевозил бы слитки и монеты из-за океана.

Филиппу II, его царедворцам и политикам было предельно ясно, что пока Испания владеет морями, пока заморское золото беспрерывно пополняет государственную казну, страна остаётся самой могущественной в мире. Такой флот у Испании имелся, и он пока ещё безгранично господствовал на морях и океанах. Но похоже, спокойная жизнь для Испании заканчивалась.

На море появился серьёзный соперник, и этим соперником была так ненавидимая Филиппом протестантская Англия...

Подготовка Непобедимой Армады заняла у Испании несколько лет, но только в 1586 году начался масштабный сбор судов для этой экспедиции.

Главной целью плавания Армады было не уничтожение английского флота, которого, — по мнению Филиппа II, — у англичан попросту не было, а высадка мощного десанта в Англии. Этот десант при поддержке католической пятой колонны должен был свергнуть власть еретички Елизаветы I и вернуть Англию в подчинение Риму, а также сделать её зависимой от Его Католического Величества.

В 1586 году все испанские суда, находившиеся в Атлантическом океане, стали собираться у берегов Испании. Исключение было сделано только для кораблей, необходимых для охраны конвоев с сокровищами из Нового Света. Этих сил было явно недостаточно для организации масштабного вторжения, но ситуация благоприятствовала испанцам: в это время началась большая война между Турцией и Персией, так что Испания смогла направить на соединение с Армадой большие силы, базировавшиеся в Средиземном море.

Слуги не знали, кого им больше бояться: королевского сына дона Карлоса, стремительного, кровожадного, впивавшегося ногтями в тех, кто ему прислуживал, или же трусливого и вероломного отца, убивавшего чужими руками и, точно гиена, обожавшего трупы.

У слуг мороз продирал по коже при виде того, как отец и сын кружили друг подле друга. Слуги поговаривали, что в Эскориале не в долгом времени будет покойник. И точно: не в долгом времени они узнали, что дон Карлос по обвинению в государственной измене брошен в темницу. Ещё им стало известно, что дон Карлос изнывает в тюрьме, что при попытке к бегству он, пролезая через решётку, поранил себе лицо и что мать его, Изабелла Французская, плачет не осушая глаз. [Мачеха Карлоса, третья жена Ф. II, — авт.]

Но король Филипп не плакал.

Затем прошёл слух, что дону Карлосу дали недозрелых фиг, и что на другой же день он умер — уснул и не проснулся. Врачи сказали: как скоро он поел фиг, сердце у него перестало биться, все естественные отправления прекратились — он не мог ни плевать, ни блевать, ни что-либо извергать из своего тела. Живот у него вздулся, и наступила смерть.

Король Филипп выстоял заупокойную обедню по доне Карлосе, велел похоронить его в часовне королевского дворца и положить надгробную плиту, но плакать он не плакал.

А слуги сочинили принцу издевательскую эпитафию: 

Здесь тот лежит, кто съел незрелых фиг
И, не болея, умер вмиг.
Aqui yaco quien, para decit verdad,
Murio sin enfermedad. 

А король Филипп бросал плотоядные взгляды на замужнюю женщину принцессу Эболи... [Любовница Филиппа поневоле, умерла в тюрьме. Князья Эболи — друзья детства Ф. II, — авт.]

Королева Изабелла Французская, о которой ходили слухи, что она поощряла дона Карлоса в его стремлении прибрать к рукам Нидерланды, зачахла от горя.

И Филипп не плакал.

Похоронили принца Эболи, королевского советника.

Король Филипп утешал вдову Эболи в её горе, а сам не плакал.

[Курсивом (здесь и далее) используется текст из «Легенды об Уленшпигеле» Шарля де Костера.]

Хотя Англия и Испания формально ещё не находились в состоянии войны, английские военные корабли, действуя под пиратскими флагами, всё чаще и чаще нападали на гружёные золотом и драгоценностями галеоны испанского «Золотого Флота», перевозящего в Европу из Америки неслыханные богатства.

После каждой встречи испанских караванов с корсарами Елизаветы I испанцы не досчитывались одного, двух, а то и десятка «золотых» галеонов.

Особенно много неприятностей доставлял лично Филиппу II «пират его королевского величества», отважный и изобретательный авантюрист Френсис Дрейк, который грабил не только корабли, но и испанские города, расположенные на американском континенте. Золото, отнятое Дрейком у испанской короны и доставляемое им в Англию, со временем составило чуть ли не главный источник, питавший государственную казну.

Наконец Филипп II стал готовиться к решительной атаке на владения непокорной британской королевы. После долгих и хлопотливых приготовлений испанская эскадра собирается в Лиссабоне. Этому событию посвящены многочисленные хроники современников, наблюдавших отход испанской эскадры, названной «Непобедимой Армадой».

Вот как описывает это действо один из наиболее компетентных исследователей «Испанской Армады» немецкий учёный и писатель Ганс Роден:

«...Глухо гремят раскаты пушек над лиссабонским рейдом. Филипп II Испанский провожает свой флот на войну — десять эскадр с флагманским кораблём во главе каждой. В этот день, 29 мая 1588 года, 130 крупных боевых кораблей общим тоннажем в 57 868 тонн с 2 630 пушками на борту под командованием испанского герцога Медины Сидония покидают гавань. Вместе с ним выходят в море 30 транспортов с 19 300 солдатами, 8 450 матросами, 2 088 прикованными к галерам гребцами и Великим инквизитором со 180 монахами на борту. Цель похода — покончить с королевой-еретичкой Елизаветой I и надменной Англией...»

Он всё время ломал себе голову над тем, как свергнуть с английского престола великую королеву Елизавету и возвести Марию Стюарт. Он писал об этом обедневшему, запутавшемуся в долгах папе римскому, и папа ему на это ответил, что ради такого дела он не задумываясь продал бы священные сосуды храмов и сокровища Ватикана.

Но Филипп не смеялся.

Фаворит королевы Марии Стюарт — Ридольфи [тайный агент, проваливший заговор против Елизаветы I, — авт.] — в надежде на то, что, освободив её, он на ней женится и станет королём Англии, явился к Филиппу, чтобы сговориться об убийстве Елизаветы. Но он оказался таким «болтунишкой», как назвал его в письме сам король, что его замыслы обсуждались вслух на антверпенской бирже. И убить королеву ему не удалось.

И Филипп не смеялся.

Позднее кровавый герцог по приказу короля направил в Англию двух убийц, потом ещё двух. Все четверо угодили на виселицу.

И Филипп не смеялся.

Со скоростью, приводящей испанцев в изумление, продолжает рассказ Роден, лорд Говард и его адмиралы Дрейк, Хоукинс и Фробишер обходят вражеские испанские корабли и встречают их меткими выстрелами, между тем как неточный огонь испанцев не наносит им урона. Из-за неповоротливости галеонов один из них, имевший на борту большую часть золота, столкнулся с другим и сломал мачту, — это упоминание старинной хроники подтверждает, что некоторые испанские корабли везли невообразимо ценный груз, вероятно, жалованье экипажей и войск...

В кровопролитных сражениях затонули, сели на мель и были захвачены англичанами десятки крупных боевых кораблей. Поднявшийся западный ветер сильно затруднял маневрирование испанской эскадры, растянувшейся более чем на сорок миль, и ни о каком централизованном управлении не было и речи.

Основательно потрёпанной армаде ничего больше не оставалось, как продолжать двигаться на восток, к выходу в Северное море.

11 августа Сидония получил сообщение о том, что войска герцога Пармского, командующего 30-тысячным экспедиционным корпусом, ещё не готовы к форсированию Ла-Манша, и неизвестно, будут ли готовы вообще.

Через три дня Сидония, сопоставив все свои желания со своими возможностями, отдал приказ о прекращении экспедиции, иными словами, он решил уносить ноги. Так, не приняв генерального сражения, испанцы отступили. Грандиозная авантюра Филиппа II потерпела грандиозный провал.

Перед герцогом Сидонией со всей остротой встал вопрос о возвращении такой армады избитых непогодой и англичанами кораблей.

Непрекращающийся зюйд-вест оставил адмиралу только один выход: добираться назад в Испанию в обход Англии и Ирландии с севера. Возвращение из-за непрекращающихся штормов и полученных кораблями повреждений было неимоверно трудным и стоило испанцам огромных потерь.

Спустя полтора месяца после начала отступления эскадра Медины Сидонии вернулась в Испанию, но на некогда блистающую «Непобедимую Армаду» это сборище плавучих развалин уже мало походило.

57 испанских кораблей так и остались лежать на морском дне у берегов Англии, Шотландии и Ирландии. Более десяти тысяч испанских моряков погибли вместе с ними.

Для испанского владычества на морях это было весьма эффектным началом быстрого конца — гибель «Армады» стала для Испании тяжелейшим ударом. Инициатива на морях перешла к Англии, а позже Голландии.

И так господь наказывал этого вампира за честолюбие, а между тем вампир уже представлял себе, как он отнимет у Марии Стюарт сына и вдвоём с папой [римским, — авт.] будет править Англией. И видя, что благородная эта страна день ото дня становится влиятельнее и могущественнее, убийца злобствовал. Он не сводил с неё своих тусклых глаз и всё думал, как бы её раздавить, чтобы потом завладеть всем миром, истребить реформатов, особливо богатых, и прибрать к рукам их достояние.

Но он не смеялся.

И ему приносили мышей, домашних и полевых, в высоком железном ящике, с одной прозрачной стенкой. И он ставил ящик на огонь и с наслаждением смотрел и слушал, как несчастные зверьки мечутся, пищат, визжат, издыхают.

Но не смеялся.

Затем, бледный, с дрожью в руках, шёл к принцессе Эболи и охватывал её пламенем своего сладострастия, которое он разжигал соломой своей жестокости.

И не смеялся.

А принцесса Эболи не любила его и принимала только страха ради.

Источник

Привязка к тегам война

Комментарии

Россия - белая деревня
Капитолина   «Везут в Германию нас эшелонами, Везут в Германию нас помирать...»   Яр бел: покров зимы суровой… Не с той ноги встают дома, Спускаясь к речке Васнецова С капитолийского...
Ко Дню освобождения Одессы
Одесса в оккупации. В оперном тишина Исполняет реквием для позолоченных херувимов. Билеты распроданы. Публика сожжена, И пепел потоком движется мимо, Останавливаясь на Куликовом, оседая в пыли, Прилип...
b2ap3_thumbnail_Kim-1.jpg
«Лоцман на трубе»: штормовые будни войны и мира. Документальный фильм
«Лоцман на трубе». Так называется документальный фильм о моём отце, который мы поставили по его дневникам. Хотелось озвучить каждую страницу и каждую строчку этих записей, отразивших целую эпоху, вклю...
Фронтовики в моей жизни
Я родился в 1950 г. в райцентре под названием Красное Орловской (с 1954 г. Липецкой) области. Село в историческом смысле тоже как бы военное, триста лет назад сюда были присланы рейтары – воины для ...
Известь
Дарт Вейдер Я очень обеспокоен состоянием дел моих, В поле один – не воин, если один – не псих. В поле один – не воин, если один – не Бог, Я очень обеспокоен отсутствием рук и ног У паренька в ка...
Война и Нина
Всё взаимосвязано. Ничто не случайно. Впервые взяв в руки сборник Нины Бялосинской "Ветер надежды" (2001) - "Ветер надежды в меня, как в окошко стучит, / Ветер забвенья кладбищенским холодом вьётся.....
Разное

Привычка

Одна из любимых привычек –

Подолгу стоять у окна:

Деревня. Дорога, в кавычках

Столбов телеграфных, видна.

Пастух, собирающий выгон –

Колхозное стадо, УАЗ.

Разное
Украина Забвен или забвенен, на усмотренье ваше – спивается мой гений от местной простокваши… В оконце лицезрею крестьян в одеждах ратных, как ослик Апулея (трактуется превратно) – Осенний лист оси...
Wait when snow is falling fast...
­28 ноября 1915 года родился К.М. Симонов, «поэт искренности», человек своего времени. 1930-е годы… Мятеж генерала Франко на Пиренеях отразился в достопамятных «Испанских дневниках» Михаила Кольцова....
Над уровнем нимба
Болиголов Животноводческих полей обильноройная окрестность, Вода, как выдавленный клей из тюбика глухого леса – Тягуча, липчива на вид, где голышманцы узнаются, Не прикрывающие стыд – лежат на пля...