Снегурочка
Октябрь был причинно-желтым, свистели птички: "I love you..."
Торчал, как шип за ухом Шолто Бартоломью,
На небе травоядный месяц, корчма дымилась за углом,
Где мне обещано, что в десять, я буду больше, чем знаком

Снегурочка
Октябрь был причинно-желтым, свистели птички: "I love you..."
Торчал, как шип за ухом Шолто Бартоломью,
На небе травоядный месяц, корчма дымилась за углом,
Где мне обещано, что в десять, я буду больше, чем знаком

Не успевая с текстом (ну, теперь-то я его уже дописываю - один из срочных), не поехала в Переделкино на встречу с Вячеславом Вс. Ивановым. Он-то, конечно, ничего не потерял от моего отсутствия средь многих, а я лишилась очередного крупного глотка жизни - и переделкинского воздуха, и переделкинских пространств, являющихся в снах наяву, можно даже глаз не закрывать, и переделкинских сосен (и стала, конечно, меньше на всё это - необретённое).