Пример

Prev Next
.
.

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
Из книжных итогов 2015-го

Этот текст в волнующем жанре списков посвящается тем из книг минувшего года, которые оказались для меня, их пристрастного читателя, по каким бы то ни было – всякий раз субъективным - причинам важнее (а также интереснее, интенсивнее и т.п.) иных. В общем, главные персональные книжные радости и интенсивности-2015, - в хронологическом порядке. Это – книги, не только вышедшие в этом году, но и те, что, независимо от времени издания, были в этом году прочитаны (поэтому здесь на полных правах книги и 2014-го, и 1969 года): 

1.      Кирилл Кобрин. Modernité в избранных сюжетах. Некоторые случаи частного и общественного сознания XIX-XX веков / Нац. исслед. ун-т «Высшая школа экономики». – М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015. – (Исследования культуры);

2.      Чеслав Милош. Азбука / Пер. с польск. Н. Кузнецова. – СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2014;

3.      Николай Болдырев. Письма к Орфею: Избранные эссе. - М.: Русский Гулливер; Центр современной литературы, 2014;

Привязка к тегам библионавтика библиофагия

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
Про города

Я сейчас вспоминаю Таллинн - жёсткий, державший дистанцию и ни разу не пошедший на её сокращение, хотя неизменно корректно-вежливый - со стальным оттенком, - с такой симпатией, с таким внутренне-эстетическим совпадением, что, пожалуй, в этом городе я бы даже согласилась быть несчастной.

Конечно, он не мой и никогда им не будет, - но никто и не ждёт.

Он не был ко мне добр. Был вежлив, но добр не был. Почему-то я доверяю таким городам, их непоспешности в сближении, честности их отношения: это, в конце концов, требует себе в ответ большой внутренней дисциплины.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
О городах

Каждый город - а большой, с закреплённой и существенной культурной ролью уж точно - константа, заданная для многократных и непременно различных интерпретаций. Матрица для наращивания значений. Для их накапливания, перемены их мест, одних - убирания в пассив, других - изымания оттуда в активный оборот, чтобы затем вернуть их в запас снова. Каждый человек, проживающий город, приносит в него хоть маленькую долю нового, не бывшего прежде смысла. Поэтому травелоги - многократное описание разными людьми посещения одних и тех же пространств - никогда не потеряют культурного смысла, хотя проживается и описывается, казалось бы, одно и то же. Это - работа с пространствами, отличная от их открытия: это работа их постоянной переинтерпретации.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
В копилку несбывшегося

Не успевая с текстом (ну, теперь-то я его уже дописываю - один из срочных), не поехала в Переделкино на встречу с Вячеславом Вс. Ивановым. Он-то, конечно, ничего не потерял от моего отсутствия средь многих, а я лишилась очередного крупного глотка жизни - и переделкинского воздуха, и переделкинских пространств, являющихся в снах наяву, можно даже глаз не закрывать, и переделкинских сосен (и стала, конечно, меньше на всё это - необретённое).

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
О сопротивлении историческому

Сладчайший поздний август, тёплый и золотистый, как яблочный пирог. – Во временах года, в неизменной их смене есть надёжный запас надысторического, внеисторического, - такого, благодаря чему надёжно – всеми органами чувств – знаешь, что не сводишься к истории и её обстоятельствам, не сведёшься никогда.

Совсем ещё недавно – каких-то двадцать с небольшим лет назад, психологически очень близко, на расстоянии вытянутой руки – вступление в Историю, даже пугающее (1991, «путч», переживавшийся апокалиптически), будоражило почти радостно: вот, наконец, и с нами происходит что-то значительное! Открылись – и стали доступны для разведывания – свежие пласты бытия.

Теперь всё больше  чувствуется о том, что история вредна человеку, что в ней есть что-то ложное. Что она по крайней мере не меньше, чем создаёт человека, - разрушает его.

И что значительное - не в этом.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
К корням

Средь многого прочего думала о том, что, хотя мотаться по иным – так называемым «чужим», тебе к проживанию не назначенным – городам и странам – несомненная суета и саморастрачивание (а самособирание всё-таки на [обжитом] месте и в тишине, когда от внутреннего ничто не отвлекает; а самособирание – практика себя с более высоким, по моему чувству, статусом), - более всего не хватает – нет, даже не этих самых иных мест, но дальних-дальних дорог, больших – до самоценности – промежутков, в которых так хорошо и протяжно существуется, как даже за собственным письменным столом не всегда (на котором всегда какая-то работа, то есть нечто дисциплинирующее и вводящее в рамки).

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Человек, у которого получается хотя бы один небольшой текст в день, - всё-таки уже хоть немного заслужил звание человека, правда?

(Ведь человек - это только возможность самого себя. Он - почему-то то, что всё время делается, всё время усилием. Есть разные способы вывести себя из возможности - способной так и не осуществиться - в явь.

В общем-то все эти тексты, обречённые кануть в Лету ещё прежде своего написания, - не более, чем средство для этого.

Отдельный вопрос, что совсем без средств - хотя бы и без этих - тут не обойтись.)

Привязка к тегам anthropologia personalis работа и я

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
Графика

Перемена самоощущения - это когда меняешь шрифт по умолчанию в Word'е и везде, куда дотянешься: с сочной, влажной, горячей Georgi'и (виноградное мясо!) на сухой, жёсткий, прохладный и аскетичный, призывающий к целительным самоограничениям Arial Unicode MS. (Почерка так быстро не поменяешь, а тут пожалуйста, - вот они, преимущества цифровых технологий). Хочется избавляться от крикливых излишеств - любого порядка, тянуться к костяку существенного (лёгкому, впрочем, как временная, разборная конструкция). Должно быть, это сопутствует острому чувству временности всех вещей, их прозрачности - сквозь каждую просвечивает будущее небытие, как в октябре, когда всё более облетают листья. Небо небытия.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
Разбирая завалы

Наразбиралась книжных хребтов, нащупалась собственной прошлой жизни - собственных прошлых жизней и их несбывшихся и недопроявленных вариантов. Личная библиотека – странное, избыточное образование – карта непройденного и пройденного одновременно, на одной и той же плоскости, линии этих двух несопоставимых вроде бы областей на ней взаимонакладываются, перепутываются вплоть до, пожалуй, неразличения.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Острее всего хочется работать в четвёртом-пятом часу ночи, когда "вдруг" понимаешь, что времени до сдачи очередного текста остаётся исчезающе-мало, что работа - одна из интенсивнейших форм жизни, форма витального напряжения - и вцепляешься в неё, загущивая жизнь, заклиная тем самым жизнь - быть.

При интенсивной работе чувствуешь вещество жизни так же, как воздух при быстром движении: как и он, жизнь - оказывая тебе максимальное сопротивление ("есть между жизнью и большой работой старинная какая-то вражда") - делается упругой, почти твёрдой - и держит.

И дело тут совсем не в достижениях и результатах.

Привязка к тегам нюктофилия работа и я

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Лето располагает, вынуждает к медленности. В нём мнится немыслимым и ненужным двигаться как-то иначе, чем медленно-медленно, как мушка в застывающей янтарной смоле – да так и застыть.

Будешь двигаться иначе – ничего не рассмотришь и не почувствуешь. Ничего, кроме самого движения. Оно умеет захватывать, да, - но надобно же ещё и мир видеть. Он, в конечном счёте, куда интереснее и важнее.

Впрочем, к медленности меня располагает всё: и осень, и зима, и весна. И существование вообще.

Но лето, это загустевание бытия, это сладкое всевременье, неистребимо полное памятью бесконечных каникул, - хочется смаковать, да.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
К инструментам себя

Неправда, что, перемещаясь по свету, «от себя не уйдёшь» - потому-де, что этого себя всё время таскаешь с собой. Таскать-то таскаешь, но всякий раз распоряжаешься этим грузом, этим набором возможностей по-разному: составляющие тебя элементы всякий раз приходят в новое соотношение,  - иные отодвигаются на периферию, иные, прежде не замечавшиеся, выходят на первый план. Уже хотя бы поэтому (отвлекаясь от такой очевидной вещи, что, странствуя, что-то такое узнаёшь и ставишь себя перед очередной задачей приведения в осмысленный, обозримый порядок очередной раз расширившегося кругозора) перемещение по свету – полноценный и действенный инструмент рефлексии.

Не говоря уж о том, что всякое перемещение в пространстве, а особенно – то, что приводит тебя в чужую культурную среду, - это большего или меньшего масштаба испытание невозможностью себя, - этого самого себя всё равно приходится доказывать (отчасти и изобретать) заново. Возобновление себя на новых и новых материалах в точности тем же самым не оказывается никогда.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
Всё о том же: Панскопия

Чем дольше в городе живёшь, чем больше совершаешь в нём повторяющихся действий – тем он больше и значительнее. «И медленно растёт, как бы шатёр иль храм.» С каждым повторением, с каждым повторным прохождением по одним и тем же улицам мы его наращиваем и шлифуем. (В этом смысле новые города, новые дома, новые пространства – только заготовки для самих себя; им ещё предстоит состояться – и нескоро.) Подобно гигантскому архиву (или, что вернее, - собственной нашей, туго переплетённой и со множеством вложенных листочков, записной книжке), город верно и настойчиво возвращает нам самих себя прежних, которых мы уже были готовы – или были бы рады - забыть. Он, конечно, не даёт от себя уйти, – но пуще того: он мудрый, он примиряет с разными вариантами себя. Он учит смирению и вниманию. Он о том только и твердит, что все эти варианты – всего лишь разные – и не такие уж большие - стороны одной цельности, со всеми сторонами которой мы ещё не успели познакомиться. Он – машина времени особенной конструкции: свозящая все времена, включая ещё не прожитые, - в одно большое настоящее. Он стереоскопичен, нет, - панскопичен, всезрящ: видит – и даёт увидеть - все наши времена сразу, единым взглядом.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

То, чему случилось оказаться частью нашей памяти – всегда настоящее. Просто уже потому, что оно – наша собственная форма. (Ну, то есть, классическое «Наше прошлое – это мы сами».) Не проходит, следственно, - даже когда форма меняется (она ведь меняется на прежних основаниях). Раз случившись – не пройдёшь никогда, не вырвешься. В некотором смысле никакого прошлого нет: есть только бесконечное, обрывающееся лишь с нашим собственным концом, расширение объёма настоящего.

 Значит, нету разлук. Существует громадная встреча. (Как некогда сказал один совсем молодой человек. Который теперь тоже – всегда настоящее.)

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
К определению неопределяемого

Красота, в чём бы ни случалась, - концентрированное бытие. Напряжение мирообразующих сил - стремящееся к предельному. Потому-то в каждой красоте непременно есть нечто грозное, обращающее человека лицом к его пределу; потому она и обжигает – как всякий концентрат.

Смотришь и думаешь: «трудному» стоило бы быть категорией эстетики.

Мощную, торжествующую красоту славно бывает разбавить необязательным, рассеянным существованием. Серым и пасмурным. Слепым и окраинным. Неудачным и неточным. Тогда выносимее.

(То, что она ещё и гармонизирует и утешает, спасает и обнадёживает - это низший, ослабленный вариант её присутствия в мире. Так выжигающий огонь в умеренных дозах умеет и согревать.)

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Наверно, всё-таки человек никогда не перестаёт начинаться для самого себя, даже если у него совсем уж земного времени не остаётся. Всегда остаётся для себя в статусе открытия – даже наработав массу, казалось бы, рутинизированных практик, - хотя бы, например, потому, что в любой момент их тщательно сплетённая сетка может оказаться прорванной и обнаружить полное своё бессилие. Да и без этого тоже: сетка, на самом деле, очень тонкая, сквозь неё вечно просвечивает Неосвоенное, а уж в дыры-то, в зазоры-то её как сквозит. - Может быть, человек – это вообше начало по определению. Не замкнутая структура, а разомкнутая. Не отрезок, а луч.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Человек переполнен своей молодостью, своим началом, самой динамикой начала, его гулом, размахом, глубиной зачерпывания всего-что-под-зачерпывающий-ковш-попадётся, – всегда, даже тогда, когда прожить ему остаётся (существенно) меньше уже прожитого. Это всего лишь потому, что молодость – так велика, что не вмещается сама в себя, не ограничивается сама собой. Ей всю жизнь подавай. Или даже больше.

Привязка к тегам anthropologia personalis возраст

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Самый неуютный день в году – не первое золотистое, погружённое в тишину, января, и даже ещё не второе-третье: четвёртое. Когда в году бывает столько дней, сколько у волка лап. Сколько праздник ни корми, он всё в лес глядит. - Второго и третьего ещё жива сладкая обманная золотистость нового года, набормотанное и надышанное себе людьми чувство чуда и ожидания – чего-нибудь хорошего, всего хорошего сразу. К четвёртому инерция кончается, вся эта праздничная мякоть уже слезает: обнаруживается жёсткая, холодная каменистая почва, которая не обросла ещё ничем живым и смыслоносным. Даже не почва: булыжники. Жёстче не бывает, ниже некуда. Тут мы соприкасаемся с самой основой существования – крайне скудной самой по себе, у которой нельзя оставаться, которой невозможно ограничиваться. По счастью, уже к пятому января год начинает наращивать себе над  этими булыжниками четвёртого новую, молодую и нежную золотистую плоть. Начинает согреваться.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Попадание в чужой город, тем более в чужую страну – опыт (категорически необходимый для полноты человечности) своей неуместности и безместности; выдранности корней, их уязвимости; выбитости из (оберегающих) ниш, негодности освоенных моделей поведения. Опыт неминуемо поверхностного соприкосновения с жизнью, которой ты не прочитываешь в глубину даже на сотую часть. Маленькая (или не очень маленькая) катастрофа, - растящая, творящая, - но катастрофа. Этот опыт отнимает человека у самого себя, заставляет его, вынуждает выработать новую версию себя: неважно даже, насколько качественно выстроенную, лишь бы работала в предлагающихся обстоятельствах. Искусство быть чужим – о, великое искусство.

Сидение в своём – опыт укоренённости и глубины, той тишины, в которой отчётливее всего слышны голоса вещей. И это – тоже растящий и творящий опыт. Только без катастроф. Искусство быть своим – искусство не менее великое.

Этот второй род опыта так мне нравится, что я склонна в нём упорствовать.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

А ещё Новый год, как всё, с терпеливой регулярностью повторяющееся, накапливает и сберегает в себе смыслы и чувства, пережитые в связи с ним, как будто вполне случайной, в разные времена. От их чрезвычайной накопленности и отшлифованности повторением Новый год голографичен, он - просто оптический прибор для рассматривания собственной жизни. Смотрю в этот золотой шарик и вижу – глубоко-глубоко, до семидесятых. Нет, чуть глубже: помню Новый 1970-й в детском саду (голубое атласное платье, мальчика Серёжу). Собранное вместе, удерживаемое вроде бы вполне формально, всё это даёт чувство цельности прожитого, контакта со всей жизнью в целом. Регулярно повторяющийся праздник – это о том, что ничто не уходит. 

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

(Хроническое) чувство своей недостаточности, по существу, навязчивое стремление расти-расти-расти – явно от страха смерти, от тоски её. Это их приемлемая для самолюбия маска. Кажется: если я буду ещё больше, ещё-ещё больше, ну ещё-еще-ещё больше… - так, может быть, и переупрямлю небытие, не пролезу смерти в пасть – и не умру?

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Начитавшися в ФБ упрёков, неявных и явных, тем, кто подводит итоги года и пишет, какой он был прекрасный, вспоминая свои маленькие радости и маленькие достижения на фоне лучше-бы-не-знать-чего, как будто ЭТОГО и нет, вместо того, наверно, чтобы выть в голос или хоть деликатно промолчать, думаю я вот что. 

Люди не могут и не должны ни думать, ни чувствовать одними только историческими (Историческими) категориями и масштабами, иначе бы нас всех разорвало давно. Когда бы мы ограничивались одним только апокалиптическим ужасом, основания к которому не прекращались весь этот год и не намерены, - мы бы все тронулись умом, потому что это нечеловеческое по самому своему устройству. Это как в открытый космос без скафандра. Штука ещё и в том, что весь этот смертный ужас не только не обесценивает то маленькое человеческое счастье, которое у нас есть, он делает его ещё дороже.

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Книги, не вошедшие в предыдущие мои списки топ-книг 2014-го – исключительно по причине формальных ограничений, но быть в них категорически достойные. Я должна хоть что-нибудь из этого назвать, коли ничего не забуду. На сей раз без (губительного и огрубляющего) деления на фикшн и нон-фикшн, ибо в сердце библиофага всё живо:

(1) Ханна Арендт. Вальтер Беньямин: 1892-1940. – М.: Grundrisse, 2014;

(2) Дмитрий Бавильский. До востребования: Беседы с современными композиторами. - СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2014*;

[*Об этой книге я столько уже раз говорила и устно и письменно, что рискнула вынудить её уступить место в обоих топовых списках тем книгам, которым, особенно в условиях жёстких ограничений по количеству, тоже совершенно необходимо там быть, но которые персонально мною проговорены меньше. Но как оставить её вовсе без упоминаний, невозможно же.]

Привязка к тегам библионавтика библиофагия

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

книг 2014 года

(со включением сюда уже и художественного)

Порядок перечисления – не по степени значимости для спискописца (хотя принцип, по которому книжки в этот список отбирались, – единственно этот) и тем менее для Мировой Культуры, но по алфавиту - исключительно для того, чтобы удобнее было ориентироваться:

25 книг non-fiction:

(1) Август, ХХ век: трансформация жизни частного человека в эпоху социальных катаклизмов / Коллективная монография. Т. 1-2. – М.: НЛО, 2014;

(2) Ханна Арендт, Мартин Хайдеггер. Письма 1925-1975 и другие свидетельства / Пер. с нем. А.Б. Григорьева. – М.: Издательство Института Гайдара, 2015;

(3) Гастон Башляр. Поэтика пространства. – М.: Ад Маргинем Пресс, 2014;

Привязка к тегам библионавтика библиофагия

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории

Не имея перспектив выдраться из родимого логова на длинные каникулы, как раз таким мечтаниям и предаёшься, - они делаются особенно сладки и превращаются в отдельный, самоценный и тщательно артикулированный жанр существования.

В некоторые места, думается, мне, существу, как известно, этическому, хочется именно из эстетических соображений. Впрочем, с поправкой на некоторое собственное понимание эстетики, не центрированное на красоте и даже не числящее её среди главных своих категорий. «Красота» в моём разумении – частный случай эстетического; вообще же оно – область всего чувственно воспринимаемого; совокупность принципов, по которым чувственное восприятие организуется – и последствий, к которым оно ведёт. Хотеть попасть куда-то из эстетических соображений – значит стремиться в такое место, чувственные характеристики которого «правильно», потребным мне образом организовали бы меня – «устроили» бы меня внутренне, привели в некий важный мне внутренний порядок, сообщили бы мне «правильную» внутреннюю динамику.

Адрес интернет-кафе Краснознаменск www.yonet.net;kasbi;поменять масляный фильтр на Порше в сервисе