Пример

Prev Next
.
.

Игорь Фунт

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

Здесь грустно. Ждём мы сумрачной поры...

Добавлено : Дата: в разделе: мысли вслух
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 260
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

22 октября 1870 года родился Иван Бунин — великий певец «благородного штиля».

Ранний Бунин, в силу юношеской непосредственности лишённый аллегорического видения, видения коллективного разума. — И поздний.

Две ипостаси. Два разных мира. Путь Выступления и Путь Возврата. Хотя, и правда, кто однороден — Есенин, Маяковский, Куприн, Грин? Ох и непросто с этими русскими гениями — с их сердечной приверженностью и ритмическим гулом — неразгаданным, глубоко спрятанным, тайным.

«Писать! — восклицает бунинский Аресеньев. — Вот о крышах, о калошах, о спинах надо писать, а вовсе не затем, чтобы бороться с произволом и насилием, защищать угнетённых и обездоленных, давать яркие типы, рисовать широкие картины общественности, современности, её настроений и течений», — «Хм… Поэтами, милостивый государь, считаются только те, которые употребляют такие слова, как «серебристая даль», «аккорд», или «на бой, на бой, в борьбу со тьмой!» — саркастически отвечает Чехов молодому ещё совсем Бунину-Арсеньеву. И оказывается прав, конечно, незримо продолжая вымышленный мной, по воспоминаниям Б., диалог: — …Это же чудесно — плохо начать! Поймите же, что если у начинающего писателя сразу выходит всё честь честью, ему крышка, пиши пропало!»

Да, — вторю я Антону Павловичу: — каждый художник проходит свой неизбежный путь графоманства и ошибок. Без этого невозможно превратиться в большого, могучего беллетриста, мастера. Без этого не встать по-настоящему на ноги.

Иван Алексеевич проделал нелёгкий путь исканий — неуклюжий и пародийный. С оплошностями фальшивой назидательности и морализаторской акварели. Кидаясь от выспренно-дворянской прозрачности Фета ко грубому народничеству Тараса Шевченко.

В конце XIX столетия, ощутимо живее и честней, без литературщины и альбомных трафаретов, стократ звонче стихов и прозы — бунинские эпистолярные заметки. С чётко, метко схваченными типажами, деталями. Точным воспроизведением народной речи, колорита, диалекта — предтечи будущих жизнеописаний: «…тут, например, появилось сообщение из Ельца о том, что в доме некоего умершего гражданина поселились черти и что будто бы даже однажды во время чаепития стоявший на столе самовар вскочил на сидевшего тут же батюшку!» (Брату Юлию. 1890.)

Равно опытному фотографу, в небольших корреспонденциях он мгновенно и виртуозно отмечает незаметное и не зримое прохожему-чужаку. И наизворот, в первых сочинительских опытах Бунин отходит от фотографической повседневности в сторону неких условных декораций, будто нарисованных, картонных.

Так, подняв топор в желании срубить-украсть рождественскую ёлку, убогий пьяница-сапожник Нефедка из одноимённой святочной истории, незадолго до этого несправедливо торкнувший жену, отлетевшую навзничь, — услышав из лесу далёкий праздничный благовест, — даже не замечает, как очутился в церкви, среди молящихся. И неожиданно снисходит счастье(!).

Бунин-художник формировался трудно, долго. Из «прекрасно-бесцельных» зарисовок. Неотступной потребности-жажды делиться с окружающим миром всем и вся, чтобы не дать мимолётному впечатлению пропасть зазря, даром, исчезнуть бесследно. Из желания тотчас захватить впечатление в «свою собственность» и тут же извлечь какую-нибудь мелочь, чеховскую снетку: корыстно, жадно, с душевной ранимостью. Кинематографическим пристрастием: «Я, как сыщик, преследовал то одного, то другого прохожего, стараясь что-то понять, поймать в нём, войти в него».

К примеру: «…низко, с притворным смирением, клонил (…) густую седую голову нищий, приготовив ковшиком ладонь. Когда же ловил и зажимал пятак, взглядывал и вдруг поражал: жидко-бирюзовые глаза застарелого пьяницы и огромный клубничный нос — тройной, состоящий из трёх крупных, бугристых и пористых клубник… Ах, как опять мучительно радостно: тройной клубничный нос!» — восхищается явлением, постепенным раскрытием безграничной тайны творческого озарения бунинский двойник далёкой юности Арсеньев: «…когда я вас, кочующие птицы, с такою грустью к югу провожал!»

Терзаем, сжигаем чеховской страстью изощрённой наблюдательности: «Это тоже надо записать — у селёдки перламутровые щёки», — если не Бунин, то так мог сказать Чехов.

Жалкая газетная подёнщина, провинциальная затхлость и нищенское прозябание 90-х лишает потомка «промотавшихся отцов», — штудирующего Шекспира в оригинале, — идиллического отношения к деревенскому бытию. Впитанному и заворожившему Бунина-почвенника с самого детства. Но…

Тургеневские туманы, наравне с тургеневской усадебностью разрушены чёрным трудом и семейным разорением. Мечты о полудворянском-полукрестьянском здоровом быте — горькой неутолимой бедностью. Увлечение толстовством и, как следствие, теорией опрощения — категорической несовместимостью с духовным скудоумием, социальными невзгодами и скорым физическим увяданием людей деревни, несчастного мужика с чистыми, «почти детскими глазами».

Сызмальства пытаясь заглянуть за невообразимые пределы, скрытые за будничным отражением сущего — зеркалом, — он пишет не о ровесниках и современниках, подобно Чехову, — а неистово, рьяно и надрывно-нервно всматривается вглубь, за горизонт. За неведомую грань. Принявшись постигать жизнь с конца: повествуя о беспомощных стариках, жалких бобылях-степняках, больных умирающих бабках-побирушках («Федосеевна»). О мучимом своей ненужностью барине Павле («Танька»). Об одиноком мелкопоместном фантазёре Капитоне Ивановиче. О замёрзшем на лугу старике-караульщике («Кукушка»). Тем самым решая исконные, первородные проблемы человечества(!), не менее. В то же время понимая — решить их невозможно в принципе: «…от попыток моих разгадать жизнь останется один след: царапина на стекле, намазанном ртутью».

И вот уже тогда, в 1892-м, звучит отголосок Бунина-провидца. Бунина — будущего философа. Автора трактата «Освобождение Толстого», религиозной публицистики. Впрочем, кто ж сомневался:

«Как же это так?.. — вопрошает герой интимно-лирической миниатюры «На хуторе». — Будет всё по-прежнему, будет садиться солнце, будут мужики с перевернутыми сохами ехать с поля... будут зори в рабочую пору, а я ничего этого не увижу, да не только не увижу — меня совсем не будет! И хоть тысяча лет пройдёт — я никогда не появлюсь на свете, никогда не приду и не сяду на этом бугре! Где же я буду?».

Ответ на вопрос, как и на многие другие, он даст поздней, в загранке. В набросках к роману «Жизнь Арсеньева»: «…Жизнь, может быть, даётся единственно для состязания со смертью, человек даже из-за гроба борется с ней: она отнимает от него имя — он пишет его на кресте, на камне, она хочет тьмой покрыть пережитое им, а он пытается одушевить его в слове».

И тут же — провал (возвращаемся в 90-е): вялый аллегорический очерк «Мелкопоместные», наивная аллегорическая легенда «Велга».

Иносказания вообще Бунину не давались — из-за отсутствия социального темперамента, гражданской позиции: «Всё абстрактное его ум не воспринимал», — подтверждает мои мысли Ю.Бунин, старший брат Ивана Алексеевича.

Взгляд Б. устремлён вспять, в прошлое — в призрачные фатумы поместного дворянства, имевшего много общего с богатым мужицким укладом по своей домовитости и сельскому "старосветскому благополучию". Где изба и усадьба — родственные души, живущие близкими интересами и заботами о сущем. Взгляд этот он проносит сквозь вековой рубеж. Через купринскую пародию «Пироги с груздями»:

«Отчего мне так кисло, и так грустно, и так мокро? Ночной ветер ворвался в окно и шелестит листами шестой книги дворянских родов. Странные шорохи бродят по старому помещичьему дому. Быть может, это мыши, а быть может, тени предков? Кто знает? Всё в мире загадочно. (…) Хорошо бы теперь поесть пирога с груздями». Куприн

*

«Запах антоновских яблок исчезает из помещичьих усадеб. Эти дни были так недавно, а меж тем мне кажется, что с тех пор прошло чуть не целое столетие. Перемерли старики в Выселках, умерла Анна Герасимовна, застрелился Арсений Семёныч… Наступает царство мелкопоместных, обедневших до нищенства!.. Но хороша и эта нищенская мелкопоместная жизнь!» Бунин. «Антоновские яблоки»

…взгляд, — в противовес щедро залитым солнцем пейзажам Толстого, — похожий на грустный итог: пепелище дворянской усадебно-крестьянской Руси. Хрустально-тихой, волшебной. Возвышенно застывшей в недвижимости. Околдованности. И печали, печали… (любимейшее слово Бунина): «Темнеет — и странная тишина царит в селе. (…) И невыразимое спокойствие великой и безнадёжной печали овладело мною». — Целой поэмой запустения звучат и «Антоновские яблоки», и «Золотое дно», и «Эпитафия».

В своих исканиях, находках и промахах он никоим разом не откликнулся ни на Блока, Горького, ни на купринский «Молох». Ни на Вересаева, Серафимовича, чеховский театр, пролетарскую агитацию Скитальца. Его мытарствующие мужики и развлекающиеся в далёкой Флоренции баре не чуют «предрассветной» предреволюционной обстановки начала века. Хотя красный петух-кочет уже кудахчет-кочу́ет по страницам «сумрачной поры». Правда, лишь в осторожных монашеских грёзах. Чуждых революционно-некрасовскому подвижничеству.

Привязка к тегам Бунин

Комментарии

Бунинские Бутырки
Эта статья написана мной и Евгением Хайтуловым четыре года назад. Но вопрос который мы поднимаем в статье актуален до сих пор. Думаю ситуацию пора менять. Эта статья была написана с той целью, чтобы ...
"Суходол" повесть и фильм - история и лубок
Фильм по мотивам повести Ивана Алексеевича Бунина «Суходол» появился в 2011-м году, но посмотрел я его сравнительно недавно. Сам факт, что по мотивам произведения И. А. Бунина сняли фильм, меня обрадо...
Дмитрий Быков: «Поговорим о Бунине». В зале хохот и аплодисменты
На этот раз я хочу вас познакомить с «замечательным» опусом Дмитрия Быкова под названием «Иван Бунин. Поэзия в прозе». Красивое название, правда!? А вот несколько фраз с первой страницы этого опуса. ...
Установка памятной доски Алексею Бунину - отцу Ивана Бунина
23 апреля 2016 года в селе Грунин-Воргол Становлянского района Липецкой области в 12:00 по московскому времени состоится торжественное открытие памятной доски у места погребения Алексея Николаевича Бу...
Дмитрий Быков: «Поговорим о Бунине». Продолжение
Хочу вернуться к своей статье. На самом деле о быковском словоблудии я написал более объёмный текст, но в первую публикацию весь текст не вошёл. Это было сделано для того, чтобы не перегружать статью,...
Бунинские места с высоты птичьего полета
Иван Алексеевич Бунин когда-то сказал: «Я вырос в великой глуши». Мы с друзьями не так давно побывали на малой Родине Ивана Алексеевича Бунина, с помощью квадрокоптера сняли там видео, и приглашаем вс...
Шри-Ланка, я люблю тебя
За отсутствием лета разбирала фотографии из своей поездки на Шри-Ланку. Фотографий оказалось мало. Так всегда бывает, когда глаза разбегаются и не знаешь, что снимать - то ли лачугу с битой черепицей,...