22 апреля родился Владимир Набоков, создавший поток метафорических фиксаций синестетических снов, дневники картографически подробной памяти, невесомые перегородки образов, ведущие к бесконечным провалам во всё новые измерения, дающие новую оптику ясности и отражений. Мастер точности, уводящей в таинство приблизительности.

Россия, Лета, Лорелея.
Бессмысленный и тусклый свет.
Но сердце, как бы ты хотело!
Все будет так. Исхода нет.
Что, постепенно холодея,
И повторится все, как встарь:
Россия, звезды, ночь расстрела,
Аптека, улица, фонарь.
Живи еще хоть четверть века –
Все перепуталось, и сладко повторять:
Ночь, ледяная рябь канала,
Чтоб это вправду было так.
Умрешь – начнешь опять сначала,
Все перепуталось, и некому сказать:
Ночь, улица, фонарь, аптека,
И весь в черемухе овраг!

Носик-старший пишет – ссылаясь на Бойда:
«В одном из русских ресторанов играл скрипач – румын Спиреску, негодяй, побоями доведший жену до самоубийства и вышедший сухим из воды. Теперь он снова сиял в окружении поклонниц своего таланта, и вот при первом удобном случае (явившись в ресторан с Верой, с Мишей Каменкой и Мишиной женой) Набоков влепил «этой обезьяне» пощёчину, а потом (как сообщал газетный репортёр) «наглядно демонстрировал приёмы английского бокса», пока Миша Каменка отбивал натиск оркестрантов, спешивших на помощь своему скрипачу.»
В общем, вспоминаются «Весёлые ребята» и : «Маяковский, не шумите, Вы же не румынский оркестр.»