Пример

Prev Next
.
.

Александр Иличевский:

Архаика, восстающая против модернизма, — главная составляющая почти всех трагедий XX века. Например, фашизм есть измышленная и насажденная первобытность, извлеченная непосредственно из участка коры человеческого мозга, формирование которого завершилось еще во время мезозоя.

Увы, этот конфликт между гуманистической отсталостью и развитостью остался неразрешим, и в XXI веке вновь нарастает уже экспоненциально.

Самая тяжелая проблематика развития той или другой общности, — когда будущее перестает быть даже пространством страха и выходит за рамки коллективного воображения.

Кризис будущего, и вместе с ним каждая новая эсхатология — проблема скорее антропологическая, чем мировоззренческая.

Новая антропология наследует конфликту воображения и будущего, который рано или поздно начинает формировать суицидальные повадки социума.

Вот почему иссушается почва существования и опустошается наследие: «Сегодня умри ты, завтра — я».

Когда-то культура воображения стала зерном развития цивилизации.

В некоторых социумах воображение работает в рамках футуристической программы Рэймонда Курцвейла, который сообщает нам, что через двадцать лет станет обычным делом, например, генная терапия и протезирование участков мозга с помощью кремниевых или биологических процессоров, а также переселение на новые рубежи виртуальных миров (на фронтир или планетариум, правда, пока не ясно).

Эсхатологическое сознание — проблема не только России. Но только в России последняя четверть века ушла не просто коту под хвост, а ровно на то, чтобы уничтожить представление о будущем.

В августе 1991-го года прилив счастья, объединивший российское общество, вызван был именно вдруг хлынувшим в наделы отчизны будущим. Страна была абсолютно нищей, ничего у нее не было, а будущего было навалом.

Главная стратегическая ценность государства — будущее время. Только этот запас способен стать топливом кардинальных изменений. Ни за какие деньги, урановые рудники и нефтяные месторождения мы не сможем заполучить на 150 млн. персон одну программу Курцвейля. Такие лицензионные приобретения совершаются не с помощью денег, а волевыми усилиями исторического сознания, привыкшего к поиску истины и труду, а не к самообману и диктату хозяйской прихоти.

Эсхатологическое сознание раздавливает любые ростки будущего. Более или менее очевидно, что происходящее — постколониальный кризис, накрывающий человечество запоздало, но верно и повсеместно. Раньше колонии так или иначе, с большим или меньшим успехом развивались вместе с империями. В силу чего они наследовали от «старших братьев» будущее. Теперь империи решили взрослеть самостоятельно, а колонии оказались отчасти изгнаны из семьи (стаи, прайда) и превратились в агрессивных медведей-шатунов, львов-людоедов. Тут трудно подыскать модельные аналогии. Ясно одно: библейская история с обозленным, претендующим по-смердяковски на первенство, травмированным незаконнорожденностью, изъеденным обидой и завистью Ишмаэлем — по-прежнему актуальна.

Проблема России усугубляется тем, что она сама была империей, и поиск новой поведенческой и антропологической модели осложнен реваншизмом, появляющимся благодаря недостатку исторического воображения. В силу этого подражание трупу оказывается легким выходом из настоящего.

Социология утверждает, что двадцати лет образовательной работы достаточно для изменения культурных кодов с целью смены политэкономического русла развития общества.

Почему не была произведена эта работа?

Ответ столь же прост, сколь и трагичен: власти меньше надо было заниматься собой.

Теперь власть обнаружила, что способна сохранить себя только с помощью дальнейшего изничтожения исторического воображения, и нашла для этого лучшее орудие: ложь.

Ибо только с помощью воображения осуществляется движение к истине.

И только ложь способна погубить истину.

Владимир Губайловский:

Сейчас-будущее - это, то будущее, которое мы способны сейчас представить, а не то, которое наступит в действительности и станет прошлым. Сейчас-будущее чуть более чем полностью состоит из прошлого.

Для представления сейчас-будущего у нас просто нет никакого другого материала.

По мере того, как будущее воплощается в действительность и становится прошлым в него вторгаются и его меняют “гений - парадоксов друг” и “случай - бог изобретатель”.

Случай мы не можем предсказать просто по определению (иначе это не случай, а закономерность), а парадокс обнажается и становится явным по мере накопления опыта, которого сейчас (в настоящем) у нас просто нет, а когда этот опыт появляется происходит столкновение несопоставимого, которое требует нетривиальных ответов и радикально меняет парадигму.

Архаика и модерн строят сейчас-будущее по-разному. Архаика строит будущее из известных в настоящем состояний, а модерн - из процессов. Но и состояния и процессы уже проявлены в настоящем. Они уже есть в нашем прошлом.

Прогнозы модерна точнее. Но и они неточны, поскольку в настоящий момент, анализируя развитие процессов, мы далеко не всегда знаем насколько эти процессы устойчив во времени, не сорвутся ли они в хаос, не погаснут ли.

В 1991 году мы были “избалованы будущим”. Это правда. Но то будущее, которое мы тогда представляли было пустым и неустойчивым. Мы очень хорошо “знали”, чего в этом будущем не будет: не будет 6 статьи Конституции (о “руководящей и направляющей” роли КПСС в жизни советского народа), не будет цензуры, не будет тотального государственного регулирования экономики. И что такое партия и ее роль, и что такое цензура, и что такое тотальное госрегулирование - мы знали очень хорошо.

Мы пытались представить сейчас-будущее, в котором будут выборная демократия, свобода слова и рыночная экономика. Но что это такое конкретно мы представляли себе крайне нечетко. Пустое сейчас-будущее каждый наполнял своим содержанием - и оно не сопротивлялось, оно было податливо. Но в действительности реализуется только один вариант из множества мыслимых.

1991 год - это точка бифуркации. Точка, в которой процессы потеряли устойчивость и очень многое зависело от случайных флуктуаций.

И как часто бывает в таких условиях реализовался самый простой вариант, который в искаженном, шаржированном виде воспроизвел наше прошлое - в дело пошел готовый по-новому перелицованный материал.

Могло ли быть иначе? Наверное, да. В 2000-ые на Россию обрушился водопад нефтедолларов. Это был шанс.

Эсхатология - это аппроксимация субъективного опыта на весь глобальный социум. Человек смертен. Когда человек умирает - умирает и весь мир, который ему явлен в опыте. Можно предположить, что в это мгновение гибнет не только субъективный мир, но и весь мир вообще. Как раз эсхатология естественна, а вот любые другие варианты, например, что “здесь все меня переживет” требуют некоторого усилия воображения. Память рода, сохранение моего генетического материала, любовь к моему народу, надежда остаться в памяти человечества эсхатологическим представлениям противостоят. Но при росте атомизации общества, кризисе нуклеарной семьи и, как это ни странно, уходе человека в виртуальную реальность, которую можно просто стереть и стереть бесследно, эсхатологические представления должны усиливаться и реализовываться в довольно широком диапазоне предсказаний от безразличного “после меня хоть потоп” до активного приближения этого самого конца света, которое проповедуют радикальные фундаменталистские движения, в предельной форме – запрещенное в РФ Исламское государство. Чтобы вариант скорого конца света сработал - нужно уничтожить сейчас-будущее, то есть стереть прошлое, свести его к нескольким жестким, мифологическим, конечным схемам.

Предсказания Курцвейля - это своего рода символ веры. Ядро этих предсказаний фактически - личное бессмертие. Не когда-нибудь в далекой перспективе, а буквально завтра. Ради этого можно и постараться. Это создает необходимую тягу будущего, которое крайне привлекательно для атомизированного субъекта. И по-видимому, сегодня других имманентных ответов - нет.

Либо - эсхатология, либо - личное бессмертие (возможно, как паллиатив - очень длинная, активная, здоровая жизнь).

Первый вариант - это вариант Исламского государства. Второй - западной цивилизации.

Иногда у меня складывается впечатление, что в России правящие элиты придумали третий. Личное бессмертие - для себя. Эсхатологию - для прочего населения. Вот только реализовать такой вариант нельзя.

 

Разговор с Александром Иличевским о природе лжи

 
запчасти opel astra h алтуфьево