Бегство в Европу: попытка обзора

В последнее время война на Украине, кризис в Греции, выборы в России – все темы отошли на второй план, потому что на первый выдвинулась не новая, но "обновлённая" проблема: БЕЖЕНЦЫ. Люди бегут в Европу от гражданских войн и преследований. И им нужна помощь.

Написано об этом уже даже по-русски сотни статей, а всего по миру, пожалуй, тоже сотни – но тысяч. Среди информации, распространяемой в российских СМИ, встречается откровенная ложь и передёргивание фактов. Даже уважаемые люди отмечаются совершенно дикими высказываниями (позвольте обойтись без конкретики). Давайте попробуем разобраться, что происходит в Германии – стране, где я сейчас живу. И так как я работаю в медиа-компании Deutsche Welle, уделяющей теме беженцев повышенное внимание, то позволю себе дать несколько ссылок на наши материалы – для тех, кто хочет чуть получше разобраться в вопросе.

Единого мнения нет

Единого мнения по беженцам нет и быть не может. И в Германии, которая, вроде как, гостеприимно принимает беженцев, хватает недовольных. И в Венгрии, которая огораживается заборами, не сомневаюсь, есть и сочувствующие несчастным мигрантам. Об этом – о разнообразии мнений – стоит помнить, высказывая (или читая) обобщающие суждения о "немцах" или "венграх".

Перемены уже заметны, но никакой катастрофой не пахнет. Иногда в городах можно встретить плохо одетых и на вид очень уставших людей, которые по-немецки не говорят, а по-английски могут сказать лишь несколько слов. Порой эти люди ведут себя не совсем привычно, но до эксцессов дело доходит крайне редко. На вокзалах (особенно в южной части страны) встречаются классического вида беженцы, извините за циничное выражение, а в приграничных городах ситуация чуть напряжённее – но оттуда беженцы всё-таки регулярно уезжают дальше (другой вопрос, что на их место прибывают новые). У зданий ведомств по делам иностранцев, конечно, обстановка тоже неспокойная – но, собственно, где же приезжим ещё получать документы?

При этом беженцы – в абсолютных цифрах – ещё только в процессе прибытия. И если финальные прогнозы уже впечатляют, то всё равно в масштабах даже одного города (тем более – страны) количество прибывших пока крайне несущественно. Пограничное агентство Frontex сообщает, что в августе в страны ЕС прибыло 156 000 беженцев, а всего с начала года – 500 000. Это немало, однако всего в странах ЕС проживает более 500 миллионов. Стоит и об этом помнить.

В начале заметки я написал, что проблема не новая. Действительно: число беженцев, несомненно, сильно увеличилось, но оно увеличилось не с нуля. В 2014 году Германия получила 173 000 заявлений от желающих получить статус беженцев. В 2013 году заявлений было 110 000. Сколько будет заявлений в этом году – никто не знает (хотя факт, что больше). Поэтому трубить о сверхгипернаплыве рано, хотя ясно, что деньги на содержание беженцев выделят огромные – до 6 миллиардов в год только в Германии.

При этом отнюдь не все, прибывшие в Европу, автоматически получат статус беженцев. При распределении мигрантов каждая страна использует так называемое квотирование. Это означает не то, что, к примеру, Германия обязуется принять сто тысяч сирийцев в год. Квота – это сколько процентов поданных заявлений от каждой страны удовлетворяется. В случае с сирийцами процент приближается к ста. Но есть и те страны, граждане которых практически не имеют шансов получить статус беженца. Подробнее – тут. Так что разговоры, что любой приехавший сразу получает статус и деньги, – спекуляция.

Существуют и иного рода квоты. В ЕС хотят распределять беженцев равномерно по странам-членам. Это вызывает яростные протесты в Восточной Европе – главы Венгрии, Польши, Чехии и Словакии, объединившиеся под пышной вывеской "вышеградская четвёрка", отказались принимать беженцев. Пусть каждый сам даёт оценку этому поступку. Как и высказыванию пресс-секретаря Пескова, что беженцы – это внутренняя проблема ЕС. Я не представляю, как можно делать такие заявления, если сирийские города сейчас выглядят так.

Что будет дальше

Это вопрос без ответа. Все прогнозы "экспертов" не стоят ни гроша выеденного, ни яйца ломаного. По-настоящему знают, что ждёт Европу, лишь её руководители – президенты и премьер-министры. Но они, конечно, ничего не скажут.

Очень хочется думать и верить, что правительство ФРГ знает, что делает. Я убеждён, что Ангела Меркель руководствуется гуманитарными целями. Но также я уверен, что не только ими. А значит, в Берлине понимают, что расходы увеличатся очень и очень сильно, и речь не только о пособиях, но и о, к примеру, расходах на обустройство мест проживания для беженцев, а также на безопасность. А раз понимают, то и готовы к этому – в той или иной степени.

Вопрос "зачем Германии беженцы" в данном случае смысла не имеет – подлинные цели, как уже сказано, нам никто не озвучит. Возможно, в дальнейшем на беженцев рассчитывают как на человеческий ресурс для подъёма экономики. Возможно, немцы, занимающиеся самовоспроизводством, прямо скажем, без особого энтузиазма, нуждаются в демографическом стимулировании. Возможно, мировые институты выделяют на программы для беженцев достаточно денег, чтобы страна могла думать больше о гуманитарной части миссии. Возможно, всё вместе или ещё что-то.

В Германии беженцам очень, очень трудно получить право на работу. Рассмотрения их дел длится годами (не преувеличение!), и в итоге они могут это самое право так и не получить. Смысл этого – чтобы они не получали гражданства и потом, когда наступит срок (когда окончится война), могли бы беспрепятственно уехать из страны. Всё это время мигранты получают пособие, на которое можно жить, однако в правах ограничены. Нет никаких предпосылок, чтобы "новым" беженцам давали другие права. Всё будет так же – это значит, что ситуация с безработицей официально никак не изменится, и демпинга на рынке труда не случится. Ну, конечно, речь идёт о ближайшем будущем.

Есть и ещё одна возможная проблема, о которой все говорят кулуарно, но не все готовы озвучить. Проблема эта называется "перевоз родных". Есть опасность, что оказавшиеся в Европе беженцы в итоге вывезут сюда свои семьи. Так в новейшей истории Германии уже случалось – наверняка и в других странах тоже. Также есть опасность терроризма – ведь среди беженцев вполне могут оказаться и боевики ИГ, которые захотят тут устроить какую-нибудь гадость. Комментировать тут нечего: всё это возможно и это не исключено. Но это, без сомнения, понимают и в правительстве. А как случится – мы узнаем только потом.

Реакция немцев

Проходя по вагону S-Bahn в Берлине, я порой слышу разговоры на английском, испанском, польском, русском, турецком (а ещё на каких-то не европейских языках, которые не могу опознать). А немецкую речь порой не слышу. Конечно, в Берлине очень, очень много туристов – что поделать, такой у нас город потрясающий, все его хотят увидеть. Но это не только туристы. Это и местные жители. Иногда даже граждане Германии.

Почему беженцы так стремятся именно в Германию? Потому что они наслышаны, что В ГЕРМАНИИ ХОРОШО. А почему хорошо? Неужели те приезжие-эмигранты, к числу которых отношусь и я сам, и мои друзья, и мои коллеги, вообще никак не поучаствовали в том, чтобы у Германии был такой имидж? Ведь поучаствовали же. А если так, и если в правительстве не дураки сидят, что мешает Германии благодаря новой волне стать ещё крепче? Да, звучит очень утопично и идеалистически, однако вероятность этого ровно такая же, как и вероятность общей катастрофы. Дело в том, что о загнивании Запада говорится уже очень давно, ему давно предрекают закат, упадок и полный ******, но Запад почему-то не особо гниёт, и здесь не пахнет ни закатом, ни упадком, ни полным *********.

А что же рядовые немцы? Оставляя за скобками демонстративные жесты (к примеру, встречу беженцев на вокзале с цветами и плакатами "Добро пожаловать", баннер, вывешенный на футбольном матче, помощь собственно футболистов или поддержку от панков), немцы – те, с которыми удалось пообщаться мне – в частных разговорах обеспокоены примерно тем же: безопасностью, экономикой. Они не хотят, чтобы их жизнь стала хуже. Но они вовсе не отказывают беженцами в помощи и поддержке. Немцы не ставят вопрос так: это не наше дело, пусть они не приезжают. Они знают, что надо помочь. Хотя, как уже выше говорилось, нет сомнений, что бывают и другие мнения. Но лично мне такие не встречались.

Знакомая мне семья из Бонна столкнётся с беженцами непосредственнейшим образом. Огромное офисное здание, которое находится в прямом смысле слова в десяти метрах от их дома (частного), переоборудуют в общежитие для беженцев. Бури восторга это решение в них не вызвало, однако их тревожат лишь бытовые мелочи – они немного досадуют, что трое их маленьких детей теперь вряд ли смогут по выходным бегать голышом по заднему двору, который отлично просматривается из здания (офисы-то в субботу-воскресенье закрыты). Но с этим можно справиться, и они даже слегка посмеиваются над своей проблемой. В остальном – желание и согласие помочь, хотя бы таким образом – непротивлением. Но есть и другие примеры помощи не только на словах – к примеру, беженцев теперь расселяют и по частным домам.

А вот что рассказывает моя знакомая из Берлина. В школе, где учится её сын (лет десяти от роду), уже набрали два класса, состоящих только из беженцев. Ребятам 12-15 лет, но никто не умеет ни читать, ни писать. Однако учителя говорят, что более уважительного к себе отношения, чем от учеников-беженцев, они не встречали. А ещё беженцам отдали спортзал - чтобы они там жили. Учительница физкультуры (в Германии этот предмет называется "спорт") робко спросила: "А где же нам заниматься?" Родители ей ответили: "На улице! Пусть наши дети закаляются - настоящие ведь футболисты тренируются под открытым небом, вот и дети пускай так же". На это учительница лишь испросила разрешение в случае дождя стоять во время урока под зонтиком...

Это всё очень мило, но об эйфории и речь быть не может.

В вопросах приёма беженцев нужен жёсткий контроль и исполнение законов. В партии Меркель работают над новым миграционным законом. Правительство ФРГ отменяет запланированные встречи, чтобы провести экстренное заседание. Сама Меркель настаивает на экстренном саммите ЕС по остро вставшему вопросу. Очевидно, что на нём Германия, Швеция и Франция будут продавливать вопрос равномерного распределения беженцев по странам Евросоюза (в соответствии с размерами, экономической ситуацией и проч.). Какие будут задействованы рычаги – политические, экономические, гуманитарные – мы пока не знаем, но посмотрим.

Ясно одно: беженцы – это проблема, но с ней справиться можно. Возможно, нынешний наплыв в итоге обернётся даже чем-то хорошим.