Пример

Prev Next
.
.

Дмитрий Кулиш

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form


Белая гвардия и Кот Бегемот

Добавлено : Дата: в разделе: Без категории
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 2186
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

- Михаил Афанасьевич Булгаков остаётся с нами не только как мастер слова, но и как символ верности творческим и гражданским идеалам! Через кровь и кошмар деспотии он донёс до мира правду о российском народе в смутные дни. Отказавшись от насущного, не пошёл на сотрудничество с палачами. Подвиги написания «Дней Турбиных» и отказа от цензуры «Мольера» предстают...

Седой мужчина с усталой осанкой говорил тяжёлым низким голосом, сжимая обеими руками бортики фанерной трибуны, стоящей на сцене районного кинотеатра.

Видно было, что ему не понаслышке знакомы упомянутые печальные события, а воспоминания приносят боль. Люди разного вида и возраста заполнили зал до отказа и сопереживали. Скорбная тишина прерывалась только вздохами, иногда даже подавленными рыданиями.

В задних рядах раздался грохот. Высокий подросток, приблизительно восьмиклассник, упал на пол вместе со стулом. Резко вскочил, вздрогнул от махины недоумевающе-укоризненных взглядов и рассерженным извиняющимся голосом прокричал:

- А чо Стёпа толкается!

- Это ты толкаешься, Лёша, - закричал голосом Чипа и Дейла Стёпа, подросток помладше, сидящий слева.

- Тишшше, - зашипела соседка справа, тоже восьмиклассница. Подростки уселись ровно и замолчали. Докладчик поморщился как от боли и продолжил:

- На нашем виртуальном слёте прототипических поклонников творчества Булгакова я представляю цвет и надежду России – интеллигенцию и профессионалов. За моими плечами стоят инженеры, профессора, офицеры, никогда не забывающие о своём долге перед обществом и...

С последнего ряда донёсся шум. Стёпа отчаянно отнимал у Лёши айпад. При этом честно молчал и вообще старался действовать тихо. Возмущение и даже отвращение переполнило Интеллигента:

- Молодые люди, вы зачем вообще сюда пришли?

Лёша поднял голову, недоуменно посмотрел на докладчика, оглядел зал и дружелюбно проговорил:

- Не шалю, никого не трогаю, починяю примус…

Интеллигент забурлил и повысил голос:

- Вы хоть Булгакова читали?

- Мы-то? – задумался Леша, - мы нет! Вот Рита читала, - он указал на восьмиклассницу.

- Лёша, прекрати, - взвизгнула Рита. Потом дружелюбно проговорила в зал, - Мы читали! И «Мастера» и «Сердце». Наши любимые книги! Мы с Лёшей даже литературный вечер в школе провели! Нас потому в виртуальные прототипические поклонники и выдвинули!

Интеллигент пожевал губу и было продолжил, но тут Стёпа всё-таки выхватил у Лёши айпад, за что был столкнут на пол и снова произвёл грохот. Интеллигент спрыгнул со сцены и решительным шагом направился к подросткам. Леденящую тишину прорезал Лёшин голос:

- А что это за шаги такие на лестнице?

- А это нас арестовывать идут, - эхом ответил Стёпа скорбно и обречённо.

Интеллигент взорвался:

- Значит, читали Булгакова! Вы хоть знаете, кто их шёл арестовывать? Вы что, ровняете меня с кровавыми палачами ЧК?

В зале поднялся возмущённый шум.

- Ради бога, не мучьте его! — вдруг, покрывая гам, прозвучал мужской голос, и Интеллигент повернул в сторону этого голоса лицо. Поблизости, нагло развалившись, сидел мужик в недешёвом костюме и галстуке с ноутбуком на коленях. Он проговорил дружелюбно и примирительно:

- Да вы не обижайтесь так. Пацаны не знают за палачей и ЧК. Им это неинтересно.

- А что же им интересно? - протрубил интеллигент.

- Им интересно про собачье сердце, кота Бегемота и варьете.

Подростки оторопело покивали, демонстрируя смирение и дезориентацию.

- Мне ещё интересно про Иешуа и Пилата, хоть я не очень понимаю смысл ещё, - конструктивно влез Стёпа.

- Молодец. Скоро поймешь, - тепло и добро ответил мужик в костюме.

- Да как же можно в Булгакове ценить только Кота Бегемота и варьете? - выпалил интеллигент.

- А вот так и можно, - твёрдо обрезал мужик, - Вы что тут, хотите контроль за мыслями ввести?

- Но это же бескультурие!

- А вы какой линейкой культуру меряете?

- А вы, собственно, кто? – сухо сменил тему Интеллигент.

- Дык я тоже прототипический поклонник, - весело ответил мужик, - Я - часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо.

Глаза Интеллигента округлились, шея вытянулась – мужик в костюме рассмеялся, довольный эффектом:

- Нет, не подумайте, я не Воланд. Я прототипический обыватель: лавочник, средний класс. В политику и нравственность не лезу, тока деньги зарабатываю и пиво пью. Иногда из нас выходят Берлиозы, Шариковы и Варенухи, но часто получаются и нормальные люди. Когда-то давно я был тем самым НЭПманом, который печатал и читал «Белую Гвардию» и тем принёс первую популярность и, заметьте, первые доходы Михаилу Афанасьевичу. Именно мы сделали «Дни Турбиных» и «Зойкину квартиру» гвоздями сезона 27-го года. Даже Политбюро тогда признало, что без Булгакова Театр Вахтангова загнётся чисто финансово.

- Так чем же Вас привлекал Булгаков, если не героической позицией посреди кровавого хаоса?

- Да тем он нас привлекал, что читать и смотреть было интересно! Мы ж про книжки, а не про политику! И мы, и артисты были в восторге от языка и от того, что Булгаков рассказывал не про задолбавших всех большевиков, а про нас, нормальных вменяемых людей. Общественно-политическая позиция автора нас не волновала. Пнуть большевиков тогда, конечно, хотелось всем, но у каждого своя голова на плечах. Мы не привыкли соседям указывать, с кем дружить, а с кем ссориться. Пусть сами разбираются.

- Вот потому вас всех и закатали в асфальт, вместе с вашим НЭПом, - злорадно продекламировал Интеллигент.

- Да никто нас никуда не закатал! – запальчиво возразил Обыватель, - Мы во все времена как занимались своими делами, так и занимаемся. И на этом Россия стоит! Продавцы на рынке, не арендующие дорогущие площади в центре города, инженеры, не ставшие директорами, учителя, не ставшие профессорами – это всё мы. Дело своё делаем, не подличаем и особо не нервничаем. Нас всё время нервируют, объясняя, что если мы не займёмся политикой, то политика займёмся нами, а мы всё никак не нервируемся и продолжаем дело своё делать. И рады, что находим такую же позицию у Булгакова! Это мы зачитывали до дыр «Мастера и Маргариту» при Брежневе и обеспечивали тиражи журналам и Самиздату. И тогда нас тоже не волновала политика! Нас волновали интересные книжки. Что нам было читать при Брежневе? Сплошь либо соцреализм, либо депрессия. А тут вдруг нормальным языком написанная книжка, где хулиганы дерзят силовым структурам, добро и любовь вознаграждаются, а всесильное Зло не делает никакого зла кроме издевательств над неприятными типами, над которыми я бы и сам поиздевался. Всерьёз расправились только с Берлиозом, но тут понятно за что: цеховая конкуренция – это в любом цеху жёстко... Кстати, если Михал Афанасьич такой принципиальный был, то почему Воланд не разнёс к чертям собачьим всю Лубянку, как Вы считаете?

Интеллигент брезгливо молчал. Потом выдавил с отчаянием в голосе:

- Мне очень жаль, что вы не понимаете очевидные вещи. Но ваше мнение меня не очень заботит. Детей жалко!

Подростки сидели притихшие и оторопевшие. Стёпа решил приободрить Интеллигента и доложил:

- А ещё папа нас на скамейку у пруда водил! И в нехорошую квартиру! Круто, что это можно всё посмотреть! Это нам интересно!

- А вы знаете, сколько людей было арестовано в этой квартире? - ядовито и с вызовом осведомился интеллигент.

- Знаем, – твёрдо сказал Лёша, - об этом в книжке написано. Но это же не главное!

- А что главное? – стал повторяться Интеллигент.

- Главное - это приезд Волшебника в наш город, весёлые приключения и победа Добра...

- И любовь Маргариты! – восторженно поддакнула Рита.

- И Кот прикольный... – неуверенно проговаривал Лёша, видимо, впервые в жизни получивший слово в столь высокоуровневой дискуссии. Его поддержал Обыватель:

- Кстати, нам, Обывателям, кажется, что вы, Интеллигенты читаете Булгакова не как писателя, а исключительно как участника сопротивления. А зря, Булгаков бы обиделся. Он всё-таки писатель! Поэтому вам и Кот Бегемот не кажется главным и с любовью у вас как-то не очень – гораздо хуже, чем с агрессией... Так что не надо эмоций, гражданин. Заканчивайте свой доклад спокойно. Мы слушаем.

Интеллигент оскорблённо выдавил:

- Мне нечего больше сказать. Зачем метать бисер?

- Ну не хотите метать, там не мечите, - спокойно ответил Обыватель, - Ну что ж, следующий по программе – я!

Обыватель встал и пошёл на трибуну.

Эссе представлено на Конкурс к 125-летию Михаила Булгакова

Привязка к тегам Булгаков

Комментарии

Булгаков - ницшеанец
В разделе «Животные и мораль» («Утренняя заря», кн. 1, раздел 26) Ницше впервые в истории философии приписывает животным способность самоконтроля, ту самую, которую стоическая философия и частично про...
Булгаков и Лавры
Заметка эта была написана пять лет назад, за три года до войны. В ясное ещё и понятное время. Наполненное неясными, непонятными предчувствиями. May. 15th, 2011 at 7:24 AM Там, где цветут каштаны «К...
Долгая дорога к Мастеру
«Новый мир» продолжает радовать своих читателей новыми конкурсами. На этот раз - о Булгакове. Не помню ни автора, ни названия той повести, что читала я в каком-то (опять не помню!) толстом литературн...
Книжная фея
 Она бесцеремонно растолкала меня и сообщила, что сегодня я должна поздравить её с Днём Поэзии. -Да, сейчас, разбежалась! Тоже мне Маргарита нашлась, - буркнула я, пытаясь повернуться на другой ...
Несколько записей-ассоциаций по поводу «Записок юного врача»
Обитаемый необитаемый остров      Главное впечатление при попадании в N-скую больницу, несводимое к историям врачевания, с обзором намного более широким - свободное самодвижение челове...
Два романа
(записки дилетанта)  «В конце ноября, в оттепель, часов в девять утра, поезд Петербургско-Варшавской железной дороги на всех парах подходил к Петербургу». «В час жаркого весеннего заката на Пат...
Читатель против читателя
     Шум настоящего юбилея предполагает разноголосье, чтобы возникшее, пусть и по поводу внушительных биографических цифр, объединенное внимание к писателю затрачено было также и на его...