Пример

Prev Next
.
.

  • Главная
    Главная Страница отображения всех блогов сайта
  • Категории
    Категории Страница отображения списка категорий системы блогов сайта.
  • Теги
    Теги Отображает список тегов, которые были использованы в блоге
  • Блоггеры
    Блоггеры Список лучших блоггеров сайта.
  • Авторизация
    Войти Login form

Мир до инъекции

Добавлено : Дата: в разделе: Кино
  • Размер шрифта: Больше Меньше
  • Просмотров: 763
  • Подписаться на обновления поста
  • Печатать

В этом году сравняется век русской революции – кажется, что событие отодвинулось далеко в прошлое, но сколько бы исследований и художественных произведений ни было создано на эту тему, боль от этой трагической точки бифуркации отдаётся в поколениях. В фильме Алексея Балабанова «Морфiй» (2008) по одноимённому рассказу Михаила Булгакова метафорой русской революции стала история болезни морфиниста. Ещё в начале 1917 года доктор Поляков (Леонид Бичевин) хоть и подвержен дурной привычке, но она пока не сказывается на его работе. Конец же года становится свидетелем его гибели. Даты проговорены мельком: герои обмениваются беглыми репликами о каких-то мало интересных далёких беспорядках, пока никак не отражающихся на их повседневной жизни. Точная клиническая картина возрастания наркотической зависимости может поначалу скрыть от зрителя истинную тему произведения. Но истории наркоманов все одинаковы, и, даже несмотря на автобиографический характер рассказа, не имело бы смысла обращаться к этому тексту только ради предостережения неокрепшим душам.

Видение русской революции как наркотического бреда, наверное, самым блестящим образом передано в «Чапаеве и Пустоте» В.Пелевина. Но ведь он – писатель не только постмодернистский, но и постсоветский, наш современник. Булгаков же написал этот рассказ в 27-м году уже прошлого века.

Булгаков – великий мастер не упоминать предмет, о котором он на самом деле говорит. Например, в пьесе о Пушкине «Последние дни» самого поэта нет. Метафоричность вынужденно стала основным приёмом писателей советского периода, которым удавалось подать голос. «Тараканище» К.Чуковского и «Дракон» Е.Шварца воспринимались теми, «кто понимает», как жёсткая сатира на коммунистическую диктатуру. Аллегорические произведения Булгакова власть оценивала запретом на публикацию. В «Роковых яйцах», «Собачьем сердце», «Мастере и Маргарите» победившая реальность предстаёт чем-то дьявольским и болезненным. В маленьком рассказе «Морфий», в котором ещё трудно угадать будущего автора «Мастера и Маргариты», только наводящего мосты от одной профессии к другой, уже заложена мощная аллегория, которая и сделала уместным эту экранизацию.

Фильм воспринимается зловеще. Наверное, не так страшно было читать рассказ Булгакова 90 лет назад. Причиной тому не только натуралистические сцены, из-за которых фильм не рекомендован юным и нервным зрителям. Сегодня-то мы точно знаем, к чему привело страну коммунистическое одурманивание, а тогда Булгаков передавал лишь своё ощущение, предчувствие. Нам не нужно объяснять, что стало бы с доктором Поляковым, не погибни он от пагубной страсти, как не нужно было читателям Чуковского уточнять, кто же этот Тараканище, который хочет за ужином скушать наших детушек.

В фильме картинка реальности не «плывёт», как в «Страхе и ненависти в Лас-Вегасе», нарисованные драконы не гримасничают доктору Полякову – перед нами холодный, медицинский взгляд «снаружи». Но мы помним, что действие фильма относится к тому самому году, когда не в чьём-то больном воображении, а в самой что ни на есть материальной действительности, обнаружился жуткий крен в сторону сумасшествия. Шариковы победили, профессоры преображенские не успели сделать обратную операцию, и им остаётся только прописывать самим себе другую медикаментозную реальность, как делал Булгаков.

«Морфiй» производит подавляющее впечатление тем, насколько быстро человек и целый народ может соскользнуть в неконтролируемый мрак безумия. Латинское «i» в названии на самом деле является анахронизмом, потому что в 1927 году эта буква уже была изгнана из советского алфавита. Думаю, она понадобилась авторам фильма для того, чтобы проассоциировать себя (а заодно и нас, зрителей) с тем миром, в котором ещё можно было поставить точки над «i», с миром до коммунистической инъекции.

Комментарии

Быть или не быть?
Картина "Быть или не быть". Россия. Режиссёр - Алексей Петрухин. Картина "Быть или не быть", по-своему, уникальна. Она исследует то пространство, куда мало кто хаживал, исследует жёстко и почти беско...
Бежать в Петербург!
Боже, как тревожит меня европейская культурная идентичность, как тревожит! Боги, боги мои, это знает уставший. Бежать, бежать в Петербург, освободиться от мертвящей энергии Венеции! Страшно, страшно в...
Очень специальный показ
Здравствуйте, меня зовут Александр Гордон. Сегодня вы увидите наше, российское, кино. У нас в гостях наша, российская картина, получившая призы на фестивалях в Мончегорске, Усть-Каменогорске и Рейкьяв...
Российское кино: псевдопочвенничество
Российское кино: псевдопочвенничество и деревенщина По-моему, в развитии отечественного кинематографа наметились два ключевых тренда: позитивная провинция и депрессивная провинция. Что же это кино на...
Мелодия для шарманки
Из цикла "Закрытый показ". Забавное обсуждение в "Закрытом показе" на "Первом канале". Фильм Киры Муратовой, значит, априори, искусство. Это не обсуждаем. Совершенно очевидный социальный посыл картин...
Сухой суходольный Суходол
Из серии – «Закрытый показ». В «Закрытом показе» открыто и нощно показаны тени забытых предков Александры Стреляной. Все требовали от неё Бунина, не такого, как у неё, но какого, – неведомо. – Дай мне...
Элегантная красавица Смерть
Некоторые писатели всю жизнь пишут одну и ту же книгу, режиссёры – снимают один и тот же фильм. С Ренатой Литвиновой, мне кажется, именно это и происходит. «Последняя сказка Риты» отражается в «Богине...
Последняя сказка Риты
Из серии – «Закрытый показ». Картину Ренаты Литвиновой показали и обсудили в «Закрытом показе». Участники обсуждения говорили о философии смерти, цитировали авторов, неизвестных Ренате. Она рассеянно ...
«Событие» в «Закрытом показе»
Из серии «Закрытый показ». Картина Андрея Эшпая «Событие» адресована широкому и глубокому Гордону. Она повергает в зевоту мастера детектива Устинову, усмотревшему в пьесе Владимира Набокова «Событие»...
Неадекватные люди
Из серии "Закрытый показ". В кои-то веки в «Закрытом показе» показана российская картина, испытывающая подлинный интерес к человеку, точнее, к паре незаурядных людей.  Это римейк фильма Чэня...